— Может, он любит приключения, — сказал Дин.
— Да, в Раю он, наверное, скучал все это время, пока не появились мы. Уж эту проблему мы решили. — Сэм слегка улыбнулся Дину. И они оба вдруг рассмеялись. Какое-то время они только и могли, что смеяться.
Смех Дина внезапно превратился в новую серию странных отрывистых вздохов — он даже не мог понять, смех это или всхлипы, — и Сара как по волшебству появилась из ниоткуда с целой коробкой салфеток, которую положила Сэму на колени. Сэм кивнул в знак благодарности и передал одну салфетку Дину, когда Сара снова исчезла.
Дин использовал всю салфетку только на то, чтобы вытереть глаза. Сэм помог ему снять маску и дал еще салфеток, и Дин шумно высморкался.
В конце концов его дыхание снова успокоилось. На этот раз он не стал надевать маску, чтобы иметь возможность сморкаться.
— Это все я виноват, — сказал он.
— Дин, ты сделал все, что мог…
— Я разбил чертову маску. Я заставил нас сотворить это гребаное заклинание. И, думаю, я слишком впопыхах написал записку, не объяснил все как следует… У меня просто не было времени сочинять письмо…
Сэм медленно произнес:
— Э… так вот эту деталь я как раз не знал. Почему он так и не вернулся? Что ты написал в записке?
— По-моему, там по большей части говорилось… э… — Дин помолчал. — Говорилось… пожалуйста, уходи. Эм… без «пожалуйста». — Он поморщился, увидев выражение лица Сэма. — Я помню, что написал что-то насчет того, чтобы он возвращался в июле, но… наверное, вышло неясно.
Глаза Сэма становились все шире, и Дин застонал и закрыл лицо.
— Я собирался написать больше. У меня просто закончилось время! И я слишком боялся, что если мы увидим его, он погибнет! Я должен был убедиться, что он не приблизится к нам. — Дин вздохнул и опустил руку, уставился на подушку, потом бросил на Сэма нервный взгляд и сказал: — Здравствуйте, меня зовут Дин Винчестер, и я отстойный друг.
— Здравствуй, Дин, — ответил Сэм с кривой улыбкой.
Но это было обычное приветствие Кастиэля. Сэм прикусил губу, и они оба замолчали.
Потом Сэм прочистил горло и сказал:
— У тебя было восемь секунд, Дин, и ты пытался спасти ему жизнь. Послушай. Оставь пока все это. Нам надо его найти. Сосредоточься на этом. Так, гм… расскажи, что случилось. Полагаю, ты нашел свой ключ?
Дин вздохнул.
— Это оказался клей для разбитого ангела. И я, в общем-то, знал об этом с самого начала. Все думал, что нужен этот чертов клей.
— Для разбитого ангела?
— Для маленькой статуэтки ангела, что стояла на каминной полке. Я опрокинул ее, и она упала к камину, так что у ангела откололись крылья. Надо было склеить его.
— Неплохая метафора, — оценил Сэм. — У меня Кас просто уходил один в холод, без нас. Чуть более буквально.
— И какой был ключ?
Сэм усмехнулся, покачав головой.
— Мой гребаный список. Он лежал у меня в кармане, даже во сне. Я должен был посмотреть на него и догадаться до имени Каса, и сказать его ему. Наверное, поэтому я и пытался так одержимо узнать у него имя.
— И как ты догадался?
— Да на самом деле я не догадался. Но, наверное, из-за корня сновидений на этот раз я смог побежать за Касом и запрыгнуть вперед него. И стал умолять его помочь мне. Дин… он вдруг оказался весь в крови. И пальто у него больше не было, только футболка и джинсы. Раньше он никогда так не выглядел. — Сэм помолчал. — Я даже засомневался…
— Это был он, — сказал Дин.
— Думаешь?
— Уверен. — Дин прочистил горло и добавил: — Он и в моем сне появился в таком виде. И помог мне найти клей.
Сэм, казалось, удивился.
— Что ж… Хм. Что ж. В общем, он дописал букву внизу списка и вернул его мне.
— Какую букву?
— Букву К.
Дин смотрел на него во все глаза.
— Похоже, больше он ничего написать не мог, — продолжил Сэм, — и говорить тоже не мог. Он казался каким-то… очень слабым. Прямо… полупрозрачным. Угасающим. Он написал «К», отдал мне бумагу и просто исчез. И… я посмотрел на «К» и… внезапно у меня как будто в голове просветлело: я понял, что он пытался написать свое имя, и догадался, что он, должно быть, Кастиэль. Не могу поверить, что мы не сообразили раньше. — Сэм уставился в пол рассеянным взглядом. — И потом… я просто… просто произнес его имя, и… все деревья словно разлетелись. — Сэм помолчал. — Все деревья оказались воспоминаниями. Весь чертов лес состоял из воспоминаний.
— Мой дом тоже был полон воспоминаний, — сказал Дин. Он вздохнул и добавил: — Сэм, как мы его найдем? Он стоял на ногах так нетвердо, и на майке у него была кровь… Уверен, он в беде. Надо разыскать его быстро. Но мы до сих пор ничего не знаем о том, куда он мог поехать. Изначально я надеялся, что мы узнаем, где Приятель живет, например. Но это Кас, и, конечно, Кас толком нигде не живет. Он, наверное, снова шатается где придется.
— Но мы теперь знаем одну полезную деталь, — улыбнулся Сэм.
— Какую?
— Мы знаем его имя.
Дин посмотрел на него пустым взглядом.
Сэм добавил:
— И мы знаем кое-кого, кто может найти Кастиэля. Или, во всяком случае, определить его местоположение с точностью до нескольких десятков миль.
— О боже. Шарлин!
***
Сэм попросил Сару принести их телефоны, и она быстро выполнила просьбу. Но оказалось, что оба телефона разрядились за два дня, что братья были без сознания. К счастью, Сара сказала им, что в госпитале имеется коллекция наиболее распространенных зарядных устройств. Зарядку для телефона Сэма она нашла сразу же и потом послала добровольца с телефоном Дина подобрать зарядку для него в другом отделении. Сэм вернулся в свою кровать, чтобы отдохнуть, и они оба немного вздремнули, пока заряжались телефоны.
Дин проснулся час спустя и обнаружил, что Сэм у его кровати, трясет его за плечи. Едва Дин продрал глаза, как Сэм уже быстро говорил:
— Кас звонил — Дин, это Кас — послушай! Где твой телефон?! — Сэм совал свой телефон Дину под нос.
Дин уставился на него, ничего не понимая.
— Что? — сказал он растерянно, садясь и потирая лицо.
Сэм выпалил:
— На мой телефон вчера звонили шесть раз с одного и того же номера, каждые пару часов, пять раз без сообщений и потом шестой раз очень рано сегодня утром, оставив сообщение, и это был Кас. Где твой телефон?
— Сара где-то поставила его на зарядку, — пробормотал Дин. Сэм сунул свой телефон Дину в руки со словами: «Прослушай сообщение» — и убежал за Сарой, волоча за собой стойку капельницы.
Дин нажал на воспроизведение голосового сообщения.
Сначала он слышал только нерегулярный ревущий вой ветра, который заглушал все другие звуки. Шум был такой, как будто телефон попал в ураган.
Потом послышался слабый голос, едва узнаваемый.
— Здравствуй… Сэм.
Снова ветер.
— Ты… не… отвечаешь, — сказал слабый голос. Дину пришлось напрячься, чтобы разобрать слова. Неужели это и правда был Кас? Голос у него был такой, будто он звонил со дна моря. И говорил он странно. Очень медленно и так невнятно, что похож был на пьяного.
Слабый невнятный голос продолжал:
— Ни один из вас… не отвечает… Я пытался… пытался неодн… не-не-неоднок… неоднок… — Он запнулся на этом слове и сделал вторую попытку, произнося очень старательно: — …неоднократно.
Долгая пауза. Резкой вой ветра оборвал часть следующих фраз, и Дин расслышал только один фрагмент:
— …думаю, вы погибли…
Потом ветер на время затих, и Дин вдруг услышал Каса очень отчетливо: да, это Кас, это определенно был Кас, определенно. Кас сказал едва разборчиво, запинаясь:
— Думаю, и для м-меня все кончено… З-зифиус… он, он… играет со мной. Заставляет меня бежать… п-пока я не в-выбьюсь… из сил. Я не знаю… где я. Я хотел п-попрощаться.
Потом последовала долгая тишина — двадцать две секунды тишины, во время которой слышны были только порывы ветра, но Кас не говорил совсем. Наконец он сказал: