Влажные волосы Каса прилипали к его лицу на лбу и висках, и Дин наклонился и попытался спрятать их под шапку.
Все тело Дина гудело от усталости, руки дрожали. Но он тем не менее осторожно убрал волосы Каса — и не позволил себе сесть, и не отвел глаз от его лица.
Его давно потерянный ангел.
Наконец найденный.
Дома.
***
Через очень долгое время позвонили в дверь.
Дин резко проснулся и обнаружил, что успел отключиться лицом вниз на кровати, прямо поперек ног Каса. Каким-то чудом Кас пока не задохнулся, и Дин умудрился не задохнуться. Он встал и поплелся к двери. Его самого слегка удивило то, что по пути ему приходилось опираться на стены. И еще больше он удивился, осознав, что чувствовал себя просто отвратительно. Голова пульсировала, и усталость была такая, что даже идти как следует было тяжело: он то и дело промахивался и натыкался на стены.
Обычно Дин принял бы меры к тому, чтобы спрятать определенные аспекты их жилища от посетителей или попытаться объяснить какие-то вызывающие вопросы особенности, но он был слишком уставшим, чтобы помнить обо всем этом, и просто распахнул дверь. За дверью оказалось Сара с большим старомодным чемоданчиком в одной руке и коробкой странной формы в другой.
Она шагнула внутрь и осмотрела Дина долгим взглядом. Потом сказала:
— Покажи мне, где Приятель, и после этого немедленно в постель.
Дин побрел обратно в комнату Каса, Сара — за ним. Дин туманным жестом указал на Каса. Сара сразу переключилась в режим оказания первой помощи множественным пострадавшим: она подлетела к Касу и начала быстро осматривать его, потом потребовала знать, где Сэм, и исчезла, чтобы осмотреть его, затем усадила Дина и осмотрела его тоже. Наконец она вернулась к Касу для собственно лечения. Дин упал на стул, глядя на деятельность Сары; в голове у него был туман. Он чуть не задремал прямо там, но проснулся, когда Сара запустила руку в свой просторный свитер и волшебным образом извлекла оттуда целый пакет для капельницы. Дин моргнул.
— Он был у меня в бюстгальтере, — пояснила она, заметив выражение лица Дина. — Я знала, что физраствор понадобится ему теплым.
— Как в твой бюстгальтер поместился целый пакет?
— Профессиональный секрет, — ответила она кратко, затем повернулась обратно к Касу и занялась установкой капельницы. Больше на вопросы Дина она не отвечала, пока не убедилась, что лекарство поступает как надо, Кас хорошо дышит и лежит в подходящей позе.
Наконец она повернулась к Дину, взяла его за руку и подняла на ноги.
— В постель, — скомандовала она. — Где твоя спальня?
Дин послушно направился из комнаты, но вдруг понял, что не в состоянии выйти за дверь спальни Каса в коридор. Он потоптался на месте, вернулся по маленькому кругу и попытался снова сесть на стул, но Сара ему не дала.
— В постель, Дин.
— Я не могу его оставить, — сказал он Саре. — Я не могу его оставить.
— Дин, я присмотрю за ним, обещаю.
— Нет, — сказал Дин, упрямо обойдя вокруг нее и снова сев на стул. — Я не могу его оставить. Не могу снова бросить его. Не могу.
Сара еще несколько раз попыталась заставить Дина уйти, но Дин не поддавался ни в какую. Он не мог стряхнуть с себя иррациональную тревогу, что, если он выйдет из комнаты, Кас каким-то образом исчезнет совсем и никогда больше не появится. В теории Дин понимал, что никуда Кас теперь не денется, но он не мог избавиться от страха, что, когда он в следующий раз войдет в эту спальню, она снова окажется пустой: кровать — опрятно заправленной, одеяла — сложенными, подушки — нетронутыми.
Дин упирался, и наконец Сара со вздохом вышла за дверь. Несколько минут спустя она появилась снова, таща за собой матрас с кровати Дина, прямо с постельным бельем. Она бросила его на пол в паре футов от кровати Каса, расправила постельное белье и велела:
— Ложись.
— А, если так, хорошо, — согласился Дин и свалился на матрас.
— Я и для Приятеля так делала, когда он не хотел оставлять вас с Сэмом одних в реанимации, — сказала Сара, встав на колени рядом с Дином и зачем-то прижав пальцы к его рукам. — Я положила матрас в углу твоей палаты и заставила его лечь. А теперь… По-моему, тебе тоже нужно капельница, Дин. У тебя сильное обезвоживание.
— У тебя в лифчике еще одна есть? — спросил Дин с надеждой.
— Прости, парень, только пациенты с переохлаждением получают капельницу из лифчика, — сказала она сухо, открыв чемоданчик.
— Я мог бы принять холодный душ, — предложил Дин.
Она фыркнула, вынула из чемоданчика еще один пакет для капельницы и распрямила его руку.
— Не шевелись.
Сара протерла его кожу и поставила капельницу так быстро, что он едва почувствовал укол иглы. Потом она закрепила катетер на месте и минуту повозилась с пакетом, как-то подвесив его к столу рядом.
— Дин, — сказала она. — Вы что с Сэмом, оба забыли, что меньше суток назад были еще в реанимации? Я же вам велела пить много жидкости.
— Некогда было, — ответил Дин.
— И есть часто и понемногу я вам велела. И оставаться в тепле. И не перетруждать себя.
Дин пробормотал:
— У нас… дела были… Знаешь… ангелы, и всякое такое…
Он увидел, как она приподняла бровь, но ничего не сказала. Сара укрыла его одеялом, и теперь держать глаза открытыми оказалось невозможно. Но Дин еще должен был кое-что сказать ей, поэтому он вырвался из лап сна, с трудом разлепив глаза.
— Следи, чтобы его шапка не сползала.
— Не волнуйся, Дин. Спи.
— У него ноги изранены. И он слишком худой…
— Я все осмотрю, не волнуйся.
— Он никак не очнется, Сара.
— Вероятнее всего, это из-за низкого давления. Я позабочусь о нем, обещаю.
— Он…
— Дин. Я о нем позабочусь. И о Сэме тоже. Закрой глаза.
Сара зажгла маленькую настольную лампу и переставила ее к кровати Каса, прикрыв так, чтобы она не светила Дину в глаза.
Дин уже почти задремал, когда услышал странный звук из коридора, где Сара оставила картонную коробку. Звук был слабый и писклявый.
Потом он повторился снова. Похоже было на тихое испуганное… мяу?
— Ты привезла… свою кошку? — спросил Дин невнятно.
Сара стояла у двери, собираясь выключить верхний свет.
— Это не моя кошка, — сказал она. — Спи, Дин. — Она щелкнула выключателем, и Дин заснул в ту же секунду.
========== Глава 26. Самая любимая жертва ==========
Дин проснулся оттого, что локоть Сэма упирался ему в голову.
— Эй… — пробормотал Дин, полусонно оттолкнув руку Сэма.
— Прости, — прошептал Сэм. — Пытался не потревожить тебя, но ты подвинулся. — Он почему-то сидел на полу на корточках, согнувшись в странной позе.
— Который час? — спросил Дин невнятно. — Как Кас? — Он взглянул вниз и обнаружил, что его капельница снята: к руке был приклеен только кусочек ватки. Сев, он посмотрел на Каса, едва видного в мягком свете настольной лампы. Либо Кас пошевелился, либо его переложила Сара: теперь он лежал на спине, закутанный в одеяла до подбородка.
— Почти полночь, — произнес голос Сары. Дин вздрогнул: он даже не видел ее в комнате, но, когда заглянул за угол кровати, обнаружил, что Сара растянулась на животе на полу, у изножья кровати, глядя под кровать. Она прошептала — так, словно лежать на полу было совершенно нормально: — Приятелю гораздо лучше. Как ты его называл — Кас? Он до сих пор не очнулся, но его состояние улучшилось. — Она сложила руки под подбородком, глядя под кровать, и продолжила: — Давление поднялось, пульс стал чаще и температура почти нормальная. Но я все же настоятельно рекомендую отвезти его в больницу…
— Нет, — отрезал Дин.
— Но… — начала Сара, прервав осмотр пространства под кроватью, чтобы взглянуть на Дина.
— Все сложно, — пояснил Сэм.
Дин вставил:
— Здесь ему… безопаснее. В целом.
Сара посмотрела на Дина, потом на Сэма.
— Я уже догадалась. — Она вздохнула. — Поэтому я не стала звонить в скорую. А встала в три часа утра, когда вы позвонили, и проехала сюда тринадцать часов в свой отпуск. И привезла с собой эту крошку. — Она снова посмотрела под кровать. — Сэм, она вон там в углу, видишь? Дин, если ты ляжешь обратно и повернешь голову, то тоже увидишь ее.