— Ты так увлечён прошлым…
— Это помогает мне лучше понять настоящее.
Девушка помолчала.
— У Леонардо да Винчи, помнится, были и другие увлечения, — сказала она вдруг.
— Да, он увлекался очень многим. Воздухоплаванием, например. Потом… что ты смеёшься?
— Ничего.
Теперь она смотрела на Костю лукаво, совсем как та девушка на эскизе его картины, что помогала умываться трактористу, и как та, что столько веков улыбалась на картине самого Леонардо.
Костя посмотрел на Олю.
— Я дурак! — произнёс он убеждённо. — Конечно, выражаясь языком прошлого, — добавил он, пытаясь ещё шутить.
В его глазах отразилось чувство глубокого страха: несколько мгновений он смотрел на девушку, словно боялся, что её сейчас отнимут у него. Губы его шевелились, но он не мог вымолвить ни слова.
— Нет, просто мальчишка, — возразила Оля. Она была проницательнее, чем он, хотя он и больше знал.
Она провела рукой по его волосам.
— Ты даже такой же растрёпанный, как те мальчишки, что играют в экспедицию на Венере.
Эти слова вдруг напомнили им о другой, более близкой планете, той, на которой они жили.
— А вдруг что-нибудь произойдёт не так? Смотри! — Девушка схватила Костю за руку. — Вода прежде доходила только до того камня, а сейчас он мокрый. Море перемещается…
Юноша внимательно посмотрел на камень. Интерес, удивление, потом лёгкое сожаление промелькнули на его лице. Он рассмеялся.
— Это прилив. Не волнуйся — там всё рассчитали.
— Внимание, — сказал голос. На командном пункте стало тихо. Никто из сидевших не тронулся с места. Современный человек не стоит у пульта, управляя могучими силами, которые ему подвластны; исполнительная машина — математика, воплощённая в электронике, осуществит сейчас замысел, над которым люди работали много лет. Просто наступило молчание.
Лёгкий балкон, на котором сидели люди, опоясывал зал — пол его представлял собой экран объёмного изображения. Казалось, они парят в воздухе над страной лилипутов. Впрочем, населения здесь не было. Человеческая нога не ступала, да и не могла ступить на эти вершины и скользкие склоны. Горную страну выкопали из-под слоя льда толщиной в два, а где и в три километра, прорубив в нём каньон с отвесными стенами. На дне каньона длиной в добрую полусотню километров сверкали, выглядывая из тени, пики, а пониже темнели хребты, похожие на чёрных гусениц. В следующий момент создалось впечатление, что балкон поплыл: присутствующие как бы пронеслись над ледяным каньоном к тому месту, где он начинался. Здесь во льду был вырублен круг, в центре его располагалась широкая, похожая на заклёпку, загнанную глубоко в тело планеты, рыжая, словно ржавая, гора. На склоне горы темнело овальное пятно.