Один за другим, надев скафандры, люди выходят наружу.
Откидывается грузовой люк, и под брюхом космического корабля появляется нечто напоминающее гигантскую черепаху.
«Лучший вездеход для Венеры, — рекомендовал его Ольсен. — Не боится синей глины».
Ох, уж эта синяя глина! Она дала себя знать первым исследователям планеты. Если на Марсе песок проваливался и осыпался под гусеницами, то здесь они скользили в сырой массе, похожей на мыло. Вездеходы часто не могли взять даже небольшого подъёма. Теперь «черепаха» повезёт космонавтов на розыски Ольсена.
Ветер, налетавший порывами, взлопачивал водную поверхность залива и заставлял людей пригибаться.
— Горин, вылетайте на разведку! — распорядился Коробов. — Возьмите вихрелёт. На вибролёте вас сдует, как бабочку.
В «черепаху» сели пятеро.
— Шанцевый инструмент, — напомнил Сун-лин.
Шанцевый инструмент — очередная выдумка Ольсена. Космический корабль не всегда садится удачно — иногда приходится выравнивать грунт, чтобы установить его как следует; и при вылете случается нужда в такой работе.
С корабля, из открытого люка, оставшийся вахтенным Лыков сбросил землеройные приборы вместе с тонким гибким кабелем. Нгарроба запихнул их в багажник «черепахи».
Вихрелёт круто взмыл и пошёл против ветра на стометровой высоте.
«Черепаха» зашевелила лапами с толстенными подушками присосов. В отличие от обычной черепахи она была шестиногой. Едва она пришла в движение, как позади корпуса забили три мощные воздушные струи, и «черепаха» довольно быстро двинулась по болотистому грунту.
Длинный залив преградил ей путь. Она плюхнулась в воду и, не сбавляя хода, поплыла. В кормовой части вместо воздухомётов теперь заработали водомёты.
Едва выбравшись на берег, путешественники натолкнулись на густые заросли.
Растения переплетались, словно гигантские проволочные заграждения, у которых «проволока» была толщиной в руку, а «колья» — в два-три обхвата. Местами они стояли густо, как забор, местами пересекали растительную паутину под всевозможными углами. Колючки самого разного размера, от штопальной иглы до штыка, торчали во все стороны.
Люди в кабине невольно поёжились.
— Давай напрямик, — послышался голос Горина в шлемофонах. — Полоса зарослей неширока.
— Попробуем ножницы? — предложил Гарги.
Коробов кивнул.
— Сбавьте ход, — попросил индиец.
«Черепаха» теперь ковыляла на своих лапах с неуклюжестью настоящего животного. Гарги надел перчатки управления ножницами. Он протянул руку вперёд, и, повторяя его движение, «черепаха» выдвинула огромную клешню с массивными двухметровыми кусачками на конце.
Ножницы перекусили колючий ствол.
Гарги сделал движение пальцами, и ножницы перекусили ствол, словно прут. Левая клешня с зубчатой поверхностью, подчиняясь движениям левой руки Гарги, схватила откушенную часть ствола и бросила в сторону. «Черепаха» медленно протискивалась в выстригаемый ход.
— Вижу ракету, — раздался взволнованный голос Горина. — Она затонула. Из воды торчит хвост. Я один ничего не могу сделать. Спешите!
Легко сказать: спешите! Древесные культяпки от состриженных стволов визжали, царапая борта. Наконец «черепаха» уткнулась в безнадёжно спутанный клубок зарослей.
— Дайте я, — нетерпеливо сказал Нгарроба.
Гарги отдал перчатки. Однако сила Нгарробы не давала ему тут никакого преимущества. Гибкие и тренированные пальцы — больше ничего не требовалось. Механизмы, казалось, даже мешали Нгарробе: ему хотелось растолкать стволы своими могучими плечами. Растения стояли так плотно, что между ними не оставалось щелей. Ножницы не могли протиснуться, чтобы захватить стволы.
— Придётся выжигать, — решил Коробов.
Нгарроба втянул клешни и снял перчатки.
В передней части «черепахи» стал медленно вращаться блестящий диск, из него вырвалось несколько тонких струй пламени.
— Наденьте очки, — предупредил Гарги.
Ослепительно белые струи прорезали сумрак чащи. Они прожигали стволы, как солому.
Люди наблюдали сквозь прозрачный фонарь, как вспыхивали ветви и раскалёнными концами тыкались в «черепаху». Установленные по бортам разбрызгиватели сеяли туман, гасивший пламя. Сун-лин вёл «черепаху» ускоренным ходом.