Лоо кивнул головой. Он научился этому у «небесных людей». От нетерпения он переступал с ноги на ногу.
Игра возобновилась. Лоо в азарте схватил мяч. При броске он сшиб с ног игрока своей команды. Мяч лопнул.
— Играть с этим медведем положительно невозможно, — расстроился Гарги. — Надо затребовать с Земли грузовую ракету с запасными волейбольными мячами.
— Раньше чем через три года всё равно не пришлют.
Лоо раздавил ещё шесть мячей, и Гарги сказал, что на сегодня хватит. К величайшей досаде Нгарробы, его команда оказалась в проигрыше. Лоо виновато жмурил круглые, без век глаза.
— Ладно, — смилостивился Нгарроба, хлопая своего подопечного по волосатой спине. — Не виноват же парень, что он такой сильный.
— А как, по-вашему, каким видом спорта ему лучше заниматься? — поинтересовался Коробов.
— Ему — спортом? — воскликнул Гарги.
— Вы забываете, — возразил Коробов, — что для Лоо находиться среди нас всё равно, что горному жителю спуститься в долину. Он привык к атмосфере, бедной кислородом, оттого у него такая могучая грудная клетка. Нужны упражнения, сохраняющие подвижность этих «мехов» венерианцев в земных условиях и в искусственной атмосфере станции. Иначе обратный переход к венерианской атмосфере будет представлять для них затруднения. Лоо и сейчас это даётся не просто.
— Борьба, — предложил кто-то. — Борьба требует хорошо поставленного дыхания.
— Только кто посмеет с ним бороться? Разве Нгарроба?
— Его нужно научить лучше двигаться, — сказал Гарги, — чтобы он не сшибал игроков.
— Для этого есть два способа: гимнастика и вольные игры.
— Гимнастикой его трудно уговорить заниматься. Остаются игры.
— Ладно, — сказал Гарги. — Пусть играет в волейбол. Я буду заклеивать порванные мячи. Но только, чур, он играет в другой команде. Меня такая глыба может просто раздавить!
Лоо, уловив дружески-восторженный взгляд Гарги, улыбнулся ему. Он раздвинул углы широкого рта и сморщил свой короткий нос.
— Смотрите, — удивился Варгаш. — Можно подумать, что он понял.
Все сто восемь лаборантов Варгаша работали без устали. Результаты своих исследований они печатали на стандартных бланках — тонких, плотных листах бумаги, сверкающих, как накрахмаленное и подсинённое бельё. Бланки бежали по конвейеру и исчезали в магазине машины, которая обобщала полученные результаты, сравнивала с данными из других источников и печатала сводные сведения, сопровождая их таблицами и всеми логическими выводами, прямыми и косвенными. За день она выдавала два-три тома трудов, каждый из которых в прошлом веке мог бы быть приравненным к кандидатской диссертации. Конечно, к средней диссертации, но всё же требовавшей нескольких лет работы.
Время от времени раздавался тонкий писк. Это очередной электронный лаборант, выполнив задание, требовал работы.
— Нелепость какая-то, — ворчал Варгаш, поднося комок почвы в герметически запаянном сосуде к зеву автомата. — Человек, единственное разумное существо в лаборатории, должен выполнять работу подсобного рабочего.
— Если вас унижает обслуживание автоматов, — заметил Горин, забежавший к Варгашу, — я соберу машину, которая избавит вас от этой заботы. Вы будете объяснять ей, что вы хотите получить, а она будет раздавать задания лаборантам и работать без вас круглые сутки. У нас на складе сколько угодно готовых узлов, из которых можно сложить всё что хотите, а для маня такие головоломки — сущее удовольствие.
— Совсем другое дело, — согласился Варгаш. — Всё-таки стационарная лаборатория, а не полевая какая-нибудь.
— Я, собственно, ищу Лоо, — объявил Г орин.
— Вчера он целый день катался на самодвижущихся дорожках в центральном коридоре. А третьего дня лазал по запасной лестнице на самый верх обзорной башни. Счастливец! Каждый день он открывает что-нибудь новое. Что он вздумал делать сегодня, я не знаю. Ко мне он не заглядывал, — ответил Варгаш на вопрос Горина.
— Коробов поручил начать с ним уроки рисования. Вернее, посмотреть, не умеет ли он изображать что-нибудь на глине или камне. После Нгарробы он больше всего благоволит к нам с вами. А Коробов хочет, чтобы общение с Лоо шло как можно естественнее.
— Попросите дежурного поискать его!
Дежурный включил пульт обзора станции. Лоо нигде не оказалось. В то же время автомат-привратник доложил, что Лоо не выходил в дверь, которой обычно пользовался, покидая станцию.
Дежурный сразу стал озабоченным.
— Не испарился же он! Правда, все опасные помещения на замке. Я полагаю, он не мог проникнуть как-нибудь к шинам высокого напряжения.