Теперь человек Венеры различался хорошо. Мохнатая сутулая спина, бугры мускулов, обозначенных слишком жёстко, словно застывших. Одна рука держала сломанную ветвь и прижимала её к телу. Другая свободно свешивалась. Большие ступни с перепонками между пальцев казались чужими и нелепыми здесь, в лесном океане.
— Бедный Лоо! — сказал Горин.
— Он мёртв! — глухо произнёс Варгаш.
От волнения он слишком сильно нажал клавиш на пульте. Возникший вихрь привёл в движение ветви, и туловище, в которое они вцепились, перевернулось.
— Ой! — невольно воскликнул Горин.
На него глядело мёртвое лицо, морщинистое, исхудалое и вытянутое.
— Это не Лоо, — вымолвил потрясённый Горин.
— Один взгляд на этот труп говорит, что перед нами не рядовой представитель населения Венеры. Как хотите, а этот старик с грубыми чертами лица и скошенным лбом представляется мне мыслителем, — сказал Сун-лин, разглядывая фото.
— Ваш мыслитель мог убить Лоо, — мрачно заметил Г арги.
Нгарроба нетерпеливо двинулся с места.
Коробов остановил его жестом.
— Предположим, — сказал он, — что мыслитель действительно захватил вибролёт силой. Тогда, если авария произошла вскоре же, Лоо, живой или мёртвый, должен находиться где-то поблизости. Очень важно и другое: Лоо встретился с сородичами.
Коробов подошёл к табло с фотокартой территории планеты, простирающейся вокруг станции.
— Они должны выйти к воде, — сказал он, вычерчивая световым карандашом большую стрелу. — Но наступает ночь. Они могут уйти в темноте. Искать нужно безотлагательно. Все патрули — в этот район!
В ночном мраке чужая планета казалась особенно дикой и полной загадок. Светящееся облачное небо придавало картине иллюзорность. Внизу мелькали какие-то огоньки: одни двигались без всякой системы, другие оставались на месте. Изредка показывались другие огни, менявшие свой цвет, словно светофор.
— Может быть, нам сигнализируют? — высказал предположение Горин.
— Или сообщают о нашем передвижении, — возразил Варгаш. — Что на экране?
— Слишком много источников инфракрасного света. Картина искажается. Мы где-то на границе леса и воды.
Большой светящийся шар поднялся снизу и поплыл навстречу вихрелёту.
— Смотрите не столкнитесь! — предостерёг Горин. — Кто знает, что это за штука.
Сверкающий шар тёмно-синего цвета, словно притягиваемый летательным аппаратом, приближался сбоку.
— Оглянитесь, — прошептал Г орин.
Ещё три шара, переливающихся цветами от серебристо-зелёного до ярко-фиолетового, подходили к вихрелёту сзади.
— Не нравятся мне эти ёлочные игрушки, — пробурчал Варгаш.
Он протянул руку к клавишам. Но один из шаров уже коснулся летательного аппарата. Вибролёт качнулся, стал боком, и Варгаш с ужасом почувствовал, что руки его немеют. Горин увидел голубую ленту, вылетевшую из шара, прежде чем он лопнул.
— Это шаровые молнии! — крикнул он. — Или ещё что-то…
Вибролёт крутился на одном месте, будто муха с оторванным крылом. Ещё несколько шаров, словно влекомые любопытством, направились к нему. Их сверкающая поверхность холодно переливалась.
— Ходу! — закричал Горин. — Хоть вверх ногами!
Но Варгаш не мог пошевелить одеревеневшими пальцами. Обозлившись, он ударил по клавиатуре пульта локтём.
Включилось сразу несколько сопел, сильные потоки воздуха забили из вихрелёта, под влиянием какой-то неуравновешенной силы он закувыркался, как бумажный змей, выпущенный из рук. Шары отступили в сторону, но затем снова стали приближаться.
Варгаш хотел крикнуть Горину, чтобы тот переключил на себя аварийное управление, но язык не повиновался ему.
Горин уже сам понял, что должен действовать, но удобный момент был упущен. Автоматические застёжки замкнули его тело в несколько обхватов. Сидя в кувыркающемся кресле, как бы привязанный к нему, Горин испытывал головокружение. Он потерял ориентацию, и протянутые в темноте руки не могли найти переключатель. Шаря лихорадочно ногой, он нащупал педаль аварийного выброса и нажал её. Тотчас же кресло, в котором он сидел, выскользнуло из тела вибролёта и понеслось к сверкающей мелкими огоньками поверхности планеты.
Парашют раскрывался постепенно, так что Горин не ощутил толчка, а почувствовал только усиливающееся давление кресла. В стороне и чуть ниже болталось кресло Варгаша, оно безостановочно крутилось.
Какие-то обломки летели со свистом вниз. Один проскочил совсем неподалёку, другой задел край парашютного купола. К счастью, их успело отнести в сторону, когда следующий, самый большой обломок с рёвом промчался мимо.