Толпа снова ахнула, а Император, изображая великую скорбь на породистом лице, продолжил:
– Это был непростой шаг, который мы с императором Дареном ост вар Дарквэном приняли с тяжелым сердцем. Но эта жертва была во имя мира в наших Империях. Мира, который мы должны были создать и поддерживать. Согласно временному кровному обмену, Стейнульв, младший сын императора Дарена, прибыл ко двору Империи Северной Короны, чтобы жить и воспитываться в императорской семье. Мы приняли его в свою семью как родного и дали свое имя. Наш же младший сын Эридан отбывал ко двору Империи Черной Короны, где получал аналогичные привилегии.
Казалось, небо рухнуло прямо мне на голову.
Я больше не хотел ничего слышать. Я хотел перестать чувствовать, как внутри что-то перемалывает меня в труху.
– И в этот знаменательный день, – продолжил Валериан, – согласно договору о временном кровном обмене, мы с императором Дареном предоставляем нашим сыновьям право выбора.
О, ну надо же. Спустя двадцать пять лет это же особенно актуально!
– Принц Эридан ост вар Дарквэн остается в Империи Северной Короны, а принц Стейнульв мэв дор Арлийский отправляется вместе с принцессой Исгерд ост вар Дарквэн в Империю Черной Короны. Принцам дается год, чтобы решить, в какой Империи они хотят остаться. Это будет только их выбор, и мы с императором Дареном примем его.
Эти новости располосовали мое сознание. Это как провалиться в пропасть, когда преодолел почти весь путь. Это как неожиданный удар под дых. Это как сорок ножевых.
Император говорил что-то еще, но я уже не слышал.
Я забыл, как дышать.
Хуже всего то, что я не мог скрыть эмоций, и Райндхард наслаждался этим. Он смотрел на меня и упивался каждым оттенком удивления, разочарования, боли, презрения, гнева, грусти – всем тем, что я много лет не показывал, пряча их в самых глубоких подвалах своей души.
Мы смотрели друг на друга через весь зал, и я отчетливо читал в его глазах торжество, а он в моих – ярость. А еще беспомощность, так как я прекрасно понимал, что это еще не все.
Император продолжал что-то говорить, но меня это уже не интересовало. Все, что мне сейчас было нужно, – это испепелить Райндхарда взглядом.
Валериан с Кваделеной вышли в центр зала. Зазвучала музыка. Эймунд пригласил Исгерд. Этот танец был только для членов правящего рода. Остальные могли присоединиться к нему лишь в самом конце, чтобы изобразить несколько общих фигур, завершающих танец, и плавно перейти в следующий. Вард пригласил Миневру, Стейнульв – Гутрун. Но сделали они это, только убедившись, что Райндхард не намерен танцевать со своими приобретенными сестрами. Он намерен выбрать кого-то другого.
Бросив на меня многозначительный взгляд, бог направился в толпу гостей.
Только не она.
Нет.
Только не она.
Глава 21
«Оборотная сторона любви.
Богиня любви Нэндэг связывает души предназначенных друг другу существ, чтобы каждый мог отыскать свою истинную пару. У каждого живого существа есть только одна пара, и в течение всей жизни. Судьбы тех, кто предназначен друг другу, будут пересекаться, чтобы у них была возможность осознать свои чувства.
Это великий дар богини любви, и тех, кто пренебрегает им, ждет кара.
Тот, кто отречется от своей истиной пары, – умрет от одиночества. Жизнь его потеряет всякий смысл и будет год за годом угасать, пока не истлеет полностью.
Тот, кто ошибочно свяжет свою жизнь не с тем, кто ему предназначен, – будет чахнуть от тоски, не в силах испытать полноценного счастья.
Тот, кто убьет свою любовь, – умрет вслед за ней с наступлением рассвета»
Я стояла как громом пораженная. Как Императоры могли просто так взять и поменяться сыновьями? Что за дикость?
Казалось, что это происходит в каком-то сне, а не по-настоящему.
Заиграла музыка. Я с первых аккордов узнала Имперский танец. Тот, что открывают члены правящего рода и те, кому выпала честь танцевать с ними, а в конце к нему присоединяются все остальные для изображения завершающих танцевальных фигур, плавно переходящих в следующий танец. Император с Императрицей вышли в центр зала.
– Потанцуешь со мной? – тихо спросил капитан.
Я видела, как принц Эймунд пригласил принцессу Исгерд, принц Вард – принцессу Миневру, принц Стейнульв – принцессу Гутрун.
– Боюсь, я уже приглашена, – обреченно ответила я, наблюдая, как золотоглазый принц идет в мою сторону.
Толпа расступалась в разные стороны, как стая рыб от акулы. Все женщины смотрели на него с восторгом, которого даже не скрывали. Они изгибались в таких глубоких реверансах, что у меня на их месте свело бы спину. Но принц проходил мимо, даже не замечая, как меркнут их улыбки. Казалось, я слышу, как хрустят под его сапогами чужие разбитые сердца и надежды.