Каждый день к нему приходила речная богиня. Она украшала стеклянную гробницу цветами и пела его любимые песни. Порой они звучали так горестно, что заставляли съеживаться и скулить даже Шеумейса.
Она подолгу сидела рядом с Эхнатаимом, перебирая тонкими пальцами черные пряди его волос.
Никто не знал, что много лет богиня пыталась снять чары, которые сама же на него и наложила, но ничего не выходило. Она рассчитывала, что силы ее любви хватит, чтобы вернуть его, и возненавидела любовь за то, что эти надежды не сбылись.
Однажды она надела на шею Эхнатаиму кулон с кристаллом, внутри которого что-то пульсировало, и сказала, что ее сердце принадлежит только ему навсегда.
Ходили слухи, будто бессердечная богиня ничего не чувствовала. Но так говорили, потому что никто не видел, как порой она горестно плакала, а затем, свернувшись калачиком, засыпала рядом с Эхнатаимом, мечтая, что, когда проснется, он проснется вместе с ней.
Настоящая правда крылась в том, что истинную любовь не перестаешь чувствовать, даже лишившись сердца, и Кеаск сама себе нанесла раны, которые ничто не могло излечить.
Не было ни дня, когда бы она не жалела о том, что сделала.
Иногда речная богиня представляла, что Эхнатаим просто на время отлучился по делам, и писала ему письма. В них она рассказывала о том, в чем никогда не признавалась. Она рассказывала, как сильно скучает, говорила, что любит; благодарила его за каждый проведенный с ней день, за каждый встреченный вместе рассвет и каждый закат, который они провожали. До того, как потерять его, она и не подозревала, сколько слов хотела ему сказать. И что столько слов вообще могло храниться внутри нее.
Порой строки любви сменялись горестным отчаяньем. Она признавалась, как сильно ненавидит и хочет разрушить каждый красивый уголок этого мира, в котором никогда не сможет побывать вместе с ним. Богиня выплескивала на бумагу свою боль, которая перемалывала ее изнутри, и признавалась ему, что не может больше вынести ни дня без его голубых, как само море, глаз. Она умоляла его вернуться, просила прощенья и повторяла, что любит. Снова и снова.
Богиня складывала письма в корзины. Какие-то из них она читала Эхнатаиму вслух, словно он мог услышать, а какие-то приносила молча, чтобы сразу убрать. После таких «молчаливых писем» она обычно еще долго-долго сидела, поднеся к губам его руки, и плакала, проклиная себя за то, что сделала, умоляя его вернуться.
Однажды настал день, когда речная богиня больше не принесла ни писем, ни цветов. День, когда она не пела и не плакала. Это был день, когда она уснула таким же вечным сном рядом с Эхнатаимом. Они лежали бок о бок несколько дней, а потом в стеклянную гробницу пришел бог с длинными, белыми как снег волосами и глазами цвета расплавленного золота.
Двэйн вернул Эхнатаиму сердце и пробудил его ото сна. Вместе с повелителем морских чудовищ проснулось и море Мертвых Кораблей. Свет проник, озаряя его черные глубины и принося в это место жизнь. Морские животные вернулись, а Шеумейс сменил свой облик, превратившись в младшего брата Эхнатаима.
Двэйн рассказал, что Мюридхак приговорил Кеаск за ее преступления к вечному сну и вверил дальнейшую судьбу богини в руки Эхнатаима. Теперь он сам был вправе решать, что с ней делать: убить, оставить в вечном сне или разбудить.
Прошел год. Эхнатаим восстановил свои владения и оживил «Оставленное Счастьем» место. Все это время речная богиня спала в стеклянной гробнице. Из-за ее поступка пошатнулось равновесие, и теперь один из них был обречен спать вечным сном, пока бодрствует другой. Сердце богини, потеряв надежду вернуть Эхнатаима, померкло и не могло больше дать ей сил.
Оракул, предсказавший Кеаск вечный сон рядом с повелителем морских чудовищ, сказал, что она будет спать до тех пор, пока силы одного сердца не хватит для двоих.
Эхнатаим приходил к ней каждый день, принося красивые ракушки и жемчужины, которые она обожала. Он подолгу сидел рядом, перечитывая письма, спрятанные в корзинах. Наполненные любовью и тоской, они были такими печальными, что казалось, скрытое в них горе проникает и в него.
Иногда Эхнатаиим приходил и просто долго-долго смотрел на спящую богиню своими сверкающими, как кристаллы, синими глазами. Настолько яркими, что на них было больно глядеть. В такие дни все морские чудовища издавали горестный вой, точно лесные волки.
Однажды Эхнатаим пришел в стеклянную гробницу вместе с Нэндэг и попросил богиню соединить их с Кеаск сердца в одно, а потом разрезать на две части. Богиня любви долго сопротивлялась, отказываясь выполнять эту жуткую просьбу, но тоска в глазах повелителя чудовищ напоминала пропасть. Увидев это, богиня любви выполнила его страшное желание.