– Уймись, прошу тебя. Раз я хозяин, мне все пристало. Ты только отстань…
– Господин граф, ну что вы делаете?! Позвольте, я вам приготовлю…
– Да не надо мне ничего готовить! Я сам все сделаю. Брысь с глаз долой! Иди лучше кошек накорми.
– Уже накормила, господин граф.
– Всех? Точно? Вот иди и проверь!
С изгнанной нимфой я столкнулась в дверях. Покрасневший кончик носа и мокрые глаза говорили сами за себя. Причина ее огорчения выяснилась сразу же: вместо того чтоб заказать к завтраку какой-нибудь изысканный фуагра-аля-кутюр, Энтони вооружился поварским «палашом» и накрошил бутербродов!
– Нет, Венера, ты погляди! – воскликнул он, потрясая оружием кухонного назначения. – Хороша помощница! Кофе она варить не будет, потому что вредно. Бутерброды не ешьте – всухомятку нельзя. Во всем хозяину надо перечить!
– Ты задел ее профессиональное самолюбие, – сказала я, утащив из-под ножа дольку помидора. – Ты ничего не понимаешь – ты предпочел кулинарному искусству суррогат фастфуда.
– Это она ничего не понимает, – проворчал Тони.
Да, то были бутерброды. Но зато какие! На тонкий ломтик хлеба клался кусочек ветчины, который поливался майонезом, потом шло колечко помидора, которое накрывалось ломтиком сыра, и сверху все посыпалось зеленью. И все это он отправил в разогретую духовку – целый противень.
Покидав оставшиеся продукты обратно в холодильник и смахнув со стола крошки, Энтони уселся на широкий подоконник и сказал:
– Я понял, почему оказался в шкафу.
Через пару минут, уплетая горячие бутерброды (хрустящие снизу и тягучие от расплавившегося сыра сверху), я тоже все уяснила.
Прошедшей ночью, в отличие от меня, Энтони вообще спать не собирался. Лунную бессонницу он решил использовать творчески. Пролистав всю Книгу, Тони нашел занятный рецепт. Сваренное по нему зелье давало возможность заглянуть в прошлое. И, следовательно, увидеть много интересного.
– Это как в сказках? – уточнила я. – Посмотришь в ведьминский котел, и там тебе все покажут?
– Нет-нет-нет! – помахал бутербродом Тони. – Это совершенно иная технология. Гарантируется полный эффект присутствия.
По-прежнему сидя на высоком подоконнике, он пил ужасно вредный крепкий кофе, легкомысленно болтал ногами. Рядом, на своем обычном месте, дремала Жозефина. (Месяц назад она показалась мне глубоко беременной, и я никак не думала, что она может стать в два раза толще!) Кошка лениво подняла голову, ловя носом ароматы. Потом облизнулась. Но так как Энтони, увлеченно рассказывая о чудесном колдовском снадобье, не обратил на нее внимания, Жозефина ничтоже сумняшеся принялась пинать хозяина задней лапой. Опомнившись, Тони отломил ей кусочек горячего сыра, который Жозефина с аппетитом скушала, не вставая.
– Называется, она их кормила! – придирчиво заметил Энтони.
От второго кусочка кошка отвернулась с оскорбленным видом. «Зачем ты предлагаешь мне эту несъедобную гадость?!» – отчетливо отразилось на привередливой морде.
– Ну и фиг с тобой, моя дорогая. Короче, Венера, с помощью этого зелья можно подключиться к долговременной памяти замка. То есть можно увидеть все, что происходило в этих стенах на протяжении всего времени их существования, начиная с момента основания вплоть до этой самой минуты.
– Круто, – сказала я.
– Я нашел кое-что интересное, – добавил он, – и я хочу, чтобы ты тоже это увидела.
По его лицу я поняла: это «кое-что» замок запомнил не напрасно.
ГЛАВА 57
Про колдовское зелье и машину времени
Для путешествия вдвоем полбутылки джина было мало. Поэтому пришлось подняться на третий этаж, где располагалась алхимическая лаборатория.
Как в такой обстановке можно проводить научные опыты – ума не приложу. На длинных столах, на тумбах и стеллажах колбы, реторты и прочие пробирки по самые пробки утопали в пыли и паутине. В таких жутких условиях, по-моему, можно было создать исключительно жуткую отраву, но никак не зелье, пригодное к употреблению.
– «Сушеные крылья перуанских нетопырей», «Заспиртованные мозги китайских дятлов»… О! «Сверчки моченые с крысиными ушками в собственном соку» – а я-то в прошлый раз их обыскался…
Энтони читал этикетки на склянках, будто меню в ресторане.
– «Ил мертвого озера консервированный», «Ушная сера зомби первого призыва», «Лапки мокриц копченые», «Протоплазма фантома-утопленника»… Эй, Венера! Ты чего позеленела? В эликсир я ничего такого не клал. Вот смотри – все строго по рецепту.
Тони достал с полки стеклянный графин, сдул с него пыль, поставил на стол. Сунул в горлышко ба-а-альшую воронку, куда принялся по очереди вливать разные (причем разноцветные) жидкости, которые в графине почему-то располагались слоями, напомнив мне веселенькие полосатые гольфы.
– Итак, приступим. Отвар цветков одуванчика, собранного в ночь первого весеннего полнолуния. Пыльца с крыльев бабочки-махаона, разведенная в молоке черной козы. Вода из семи родников, взятая на рассвете пятницы, тринадцатого. Роса с лепестков альпийского эдельвейса и с цветков мака… Не помню, откуда. Слезы горных эльфов, пару капель… – продолжал Энтони, не обращая внимания на раздавшийся в углу шорох.
Отпихнув мусор и свалив стопу книг, из тайного хода, скрывавшегося за панелью стены, появился Вик. Заметив нас, он почему-то смутился. И что-то быстро спрятал за спину.
– Привет, – сказал он. – А вы что тут делаете?
– Колдуем, – ответил Тони, не отвлекаясь. – А ты чем занят? Не присоединишься?
– Нет. Послушай, а где мы держим селитру?
– Селитра там, – кивнул Тони, – а сера вон там. А мы собрались кого-то взрывать?
– Не, – донеслось из-под стола, где притаилась селитра, – а где у нас есть резиновые перчатки?
– Поищи в кладовке, – посоветовал Тони, – или спроси у Никто.
Вик поспешно убежал, чуть не забыв пресловутую селитру – а заодно и принесенный с собой флакон, на этикетке которого я успела разобрать интригующую надпись:
– …И последний штрих, – продолжал Энтони, перечислив едва ли не два десятка ингредиентов, – добавляем свежевыжатый сок лимона. Теперь нужно все хорошенько перемешать.
Я не поверила своим глазам. На удивление, смешавшись, все разноцветье компонентов дало абсолютно прозрачную, просто хрустальной чистоты газированную воду! Энтони налил немного получившегося зелья в стакан и протянул мне:
– Попробуешь?
Я осторожно принюхалась, сделала глоток.
– Вкусно! Настоящая родниковая вода, только с пузырьками. И пахнет лесом… Ой, однако, крепкая штука. Интересно, сколько здесь градусов? Признавайся, спиртное сюда добавлял?
– Ни в коем случае! Здесь используются исключительно натуральные, экологически чистые продукты. Никаких консервантов! Вообще, если честно, – добавил он, – согласно рецепту необходимы только четыре вещества. Остальные я добавил для вкуса.
– Получилось неплохо, – заметила я. – Но что дальше? Нужно все это выпить и произнести заклинание?
– Еще нужна машина времени.
– Машина времени? – изумилась я. – Ты собираешься собрать ее прямо сейчас или она уже припрятана где-нибудь на чердаке?
– И как ты только догадалась! – рассмеялся он.
Машина времени, как ей и полагалось, ждала нас в потайном месте. И чтобы добраться до потайного места, мы воспользовались тайным ходом. Люк тайного хода на сей раз скрывался под пыльным ковром на полу – в этой же комнате. (И как только горничные не добрались до здешней пыли – совершенно непонятно!)
По пути я прослушала краткую лекцию но зельеведению и путешествиях во времени.
Состав, который мне предстояло опробовать в деле, изобрел лично Арман Дис, о чем не забыл написать в Книге. Вообще, мне кажется, в те далекие времена ощущался острый дефицит бумаги, и граф был вынужден использовать одну-единственную книжку и в качестве дневника, и как сборник рецептов. И называть ее следовало бы, по-моему, не просто Книгой, а Большой Записной Книжкой Чернокнижника. Хотя, с другой стороны, если бы граф завел пару-другую блокнотиков, то сражаться нам пришлось бы не с одним гималайским колдуном, а с целой армией любителей древности.