Айна вскрикнула, выдернула руку из лапы омерзительного монстра, на непослушных ногах сделала шаг назад, оступилась и с размаху села на землю. Потрясла головой, приходя в себя. Наваждение рассеялось, остались только страх и недоумение. Что это на нее нашло?!
Кисс, минуту назад казавшийся девушке еще одним чудовищным созданием, только помельче, подошел, потерся о ее ноги, успокаивающе мурлыкнул.
Графиня порывисто схватила его, прижала к груди, чувствуя, как быстро колотится маленькое кошачье сердце, наслаждаясь теплом, идущим от пушистой шубки. Кот был живым, мягким и дарил успокоение израненным нервам.
Спутники смотрели на графиню удивленно и даже со страхом. После Маржаниной истерики у Врат они ожидали от этих краев подвоха. Теперь же, увидев неописуемый ужас, отразившийся на лице у Айны, путники мысленно попрощались с относительно спокойной жизнью и приготовились к худшему.
Когда прошло первое потрясение, Айна сбивчиво поведала о своих мыслях и о том, что она увидела минуту назад. Рассказ вышел путаным, Айна то и дело запиналась, сбивалась и мучительно краснела. Ей было стыдно за свои глупые мысли, за то, что она усомнилась в своих друзьях и поддалась чьей-то злой воле, с головой окунувшись в пессимистичные раздумья.
Но друзья, в особенности маги, восприняли ее исповедь без обид и укоров. Дар нахмурился, переглянулся с Заринной. Та в ответ пожала плечами: все может быть.
- Не вини себя, - мягко попросил Дарилен, глядя на Айну, кусающую губы, чтобы не заплакать. - Это не твои мысли. Это ментальная защита Хайялина. Такое раньше бывало, ее ставили в целях деморализации вражеской армии. Правда, в последней битве Хайялину это мало помогло, сиднарские маги оказались сильнее. Странно, что ментальный щит все еще действует, обычно он держится всего несколько лет. Впрочем, магия хайяров так и осталась не исследованной, я уже ничему не удивляюсь. Но на всякий случай нам нужно быть начеку. И особенно бдительно следить за самими собой.
И путники, призвав на помощь всех известных им богов и собственное самообладание, тронулись дальше. Им пришлось несладко. У каждого были свои страхи и свои опасения, и трудно было не поддаться им, увидев друзей "преображенными", почувствовав желание убить спутников, вдруг оказавшихся монстрами, чудовищами, выползшими из самых темных глубин подсознания.
Ментальная защита государства хайяров оказалась слабой, наваждение длилось всего пару секунд, но и этого могло быть достаточно, чтобы поддаться ему. Порой и несколько мгновений - непоправимо много.
Вскоре остановился Дарилен. Он тяжело дышал, взгляд его полыхал багровым, из-под верхней губы то и дело выглядывали клыки.
- Нам нужно убрать оружие, - хрипло выговорил маг. - Иначе мы пустим его друг против друга.
- А как насчет того, чтобы связать чародеям руки? - сварливо поинтересовался Светомир. - Мне не улыбается быть изжаренным на магическом огне, да вдобавок безоружным! Лишать оружия - так всякого, и магии в том числе!
- Я тебе самому сейчас руки свяжу, - хмуро пообещал маг. - И ноги. А в первую очередь рот заткну, чтобы не болтал всякие глупости. Да будет тебе известно, что это место блокирует магию.
- Чего? Как это - блокирует магию? - растерялся рыцарь. От изумления он даже забыл оскорбиться. И глупо уточнил: - Что, всю?
- Всю, - подтвердил маг. - Кроме… Думаю, кроме хайярской. Маржана, я прав?
Маржана торопливо протянула вперед руку. Над узкой ладошкой вспыхнул багровым пульсар.
- Значит, прав, - со вздохом заключил Дарилен.
- Почему это на хайяров не действует ограничение? - не преминул возмутиться Светомир. - Они что, особенные?
- Конечно, особенные, - пожал плечами маг. - Эти земли принадлежали их предкам. Их кровь - лучшая защита от здешней агрессивной магии.
Светомир мрачно засопел и замолчал, только пробурчал недовольно:
- Да уж, их предки не отличались гостеприимностью…
- Посмотрела бы я на твое гостеприимство после того, как на твой дом напали враги… - неожиданно зло отозвалась хайяри. Ее вид красноречивее любых слов говорил о том, что не стоит развивать опасную тему.
Рыцарь от души выругался, выразив свое мнение о магах вообще и о магах, известных ему лично, в частности, но меч все же убрал от греха подальше.
Большую часть дальнейшего пути Светомир пребывал в птичьем облике. Его спутники поначалу возмущались, грозя бросить вещи сокола, вместо того, чтобы тащить их на своих плечах, но постепенно смирились. В наличии в компании крылатого спутника была своя польза: он улетал далеко вперед, изучая местность, а потом докладывал, где лучше свернуть, чтобы не угодить в овраг, где блестит чистый ручей и в какой стороне виднеется удобная поляна для привала.