Самым же примечательным предметом обстановки комнаты, в которую привели умытых и переодетых путников, был стол. Огромную махину на полкомнаты так плотно заставили блюдами, тарелками, подносами и мисками с разнообразными кушаньями, что втиснуть между ними еще хотя бы солонку не представлялось возможным. Готовили по меньшей мере человек на тридцать.
- Будет званый ужин? - робко предположила хайяри, с ужасом взирая на разложенные столовые приборы. Разнокалиберных ложек, вилок, тарелок и бокалов в расчете на одну персону было столько, что придумать им предназначение могла лишь очень бурная и не самая здоровая фантазия. Судя по всему, обучение правилам этикета в Хайялине представляло собой род изощренного садизма.
- Надеюсь, что нет! - с чувством отозвался Дарилен.
Он оглядел ломящийся от снеди стол. На серебряных и расписных фарфоровых блюдах дожидались своего звездного часа, источая умопомрачительные ароматы, всевозможные яства. Маг не знал и десятой их части, но выглядели они тем не менее аппетитно.
Дар подозрительно принюхался и с трудом подавил разочарованный вздох. Так и есть! На столе в этом на редкость гостеприимном доме было все. Кроме мяса.
- Законы гостеприимства требуют, чтобы усталым путникам сначала предоставили отдых и стол и лишь после заняли разговором, но я позволила себе пренебречь заветами предков и совместить трапезу с беседой. В конце концов, вы - не гости, вы вернулись домой, а мы так долго ждали этого дня…
Красивый глубокий голос раздался будто из ниоткуда. Путники завертели головами, пытаясь определить его источник.
В дверях зала стояла молодая женщина. Ее внешность была под стать голосу.
Высокая статная незнакомка держалась с истинно царским величием, гордую посадку головы подчеркивала высокая сложная прическа с множеством завитков и локонов, пушистым светлым ореолом обрамлявших благородное лицо с тонкими, будто выточенными из мрамора, чертами. Но при этом красавица странным образом располагала к себе, хотелось сразу довериться ей, поведать свои тайны и попросить совета, который непременно окажется единственно правильным. Легкий, едва уловимый аромат лаванды, исходящий от ее платья, усыплял бдительность и нагонял сонливость. Путникам захотелось расслабиться, позабыть все заботы, сесть и слушать чарующий голос. Неважно, что она будет говорить, пусть только не молчит…
Дарилен встряхнул головой, отгоняя навязчивый запах. Колдовство! Простенькое, безобидное, в Сиднаре маги, состоящие на службе при знатных особах, настолько часто пользуются чарами, внушающими симпатию, что делают это почти неосознанно. А раз сиднарские чародеи так любят легкие ментальные чары, почему этим видом волшбы должны пренебрегать их хайялинские коллеги? И все же колдуну отчего-то стало неприятно, будто его попытались одурачить, а когда это не вышло, сделали вид, будто ничего и не было.
Маржане лицо женщины казалось смутно знакомым, словно девушка видела ее когда-то, давным-давно, еще в прошлой жизни, а потом позабыла до поры до времени.
Незнакомка подошла ближе, шурша богатым платьем, расшитым замысловатыми золотыми узорами. Аромат лаванды стал сильнее, но перестал нагонять на путников сонную одурь. То ли они притерпелись, то ли величественная красавица решила, что для первого раза ментальной магии более чем достаточно.
Женщина вглядывалась в лицо хайяри, смутившейся от столь пристального внимания, будто хотела запомнить его до мельчайших деталей.
- Девочка… Как же ты похожа на нее… - Девочка?! Сколько же лет ей самой? На вид - двадцать пять, не больше … - А ведь я до последней минуты не верила, не смела поверить, что это и правда ты, все боялась обмануться…
Хайяри растерянно оглянулась на спутников.
- Я вас не понимаю. Я не узнаю вас и не знаю, о чем вы говорите…
Незнакомка тепло улыбнулась.
- Прости мою недогадливость. Я так обрадовалась встрече, что забыла представиться. Ты и не должна меня узнать. Я - Каруника. Верховная жрица Хайяримы и - в прошлом - близкая подруга твоих родителей, Ирнима и Шалири орр Эллайнен. Наследников престола Хайялина.
Каруника и впрямь оказалась Каруникой. Той самой, из сказок. Мама не смогла забыть ближайшую подругу и, придумывая для дочери волшебные истории, наделила главную героиню ее именем.
Это было понятно и объяснимо. А вот дальше начиналась какая-то бесовщина.
Наследники? Ирним и Шалири Лыковицкие (или все-таки орр Эллайнен?) - наследники престола, да не какого-нибудь захудалого княжества, а древней могущественной империи, чудом уцелевшей и возродившейся в другом мире?