- Вот теперь я верю, что мы в другом мире, - заявил рыцарь, хотя его об этом никто и не спрашивал. - В Сиднаре драконов-то почти не осталось, да и те, что еще уцелели, просто так над замками не летают, а берегут свои шкуры где-нибудь на краю мира, на груде сокровищ и в окружении прекрасных девиц…
Заринна прыснула.
- Боюсь, твои данные несколько устарели, - заявила она слегка заплетающимся языком. Коварное хайярское вино на вкус казалось легким, но в голову ударяло не хуже гномьего самогона, и магичка немного не рассчитала своих сил. - С того дня, когда дракона в последний раз удавалось застукать за поимкой девицы, прошло столько времени - любая красотка раз двадцать успеет состариться! Так что теперь бедные ящеры вынуждены коротать дни в обществе склочных старых вешалок…
Рыцарь дернулся было что-то сказать, но не успел. Именно в этот момент беглецов обнаружили. Молодой тощий жрец, один из тех, что встретили путников в Обители Рассвета, возник у костра неожиданно, будто соткался из воздуха. Впрочем, почему - будто? Вполне возможно, что так оно и было.
- Божественная, - начал он дрожащим от плохо скрываемого раздражения голосом, с укором взирая на хани, - вам не следовало…
И вдруг глаза его расширились, лицо исказила гримаса ужаса. Жрец с изумлением принюхался к дымку, поднимавшемуся от костра.
- Ч-что это? - прошептал он, бледнея и невольно отступая назад. - Хани… Божественная… Вы едите… мясо?! - вид у жреца при этом был такой, словно он уличил свою хани в каннибализме.
- Едим, - хладнокровно подтвердила Маржана. И радушно предложила, протягивая незваному собеседнику импровизированный шампур с недоеденным шашлыком: - Хотите?
Тот шарахнулся от угощения, как от чумы, и вопросил, чудом не срываясь на крик:
- Неужели вам не жаль бедное, невинное дитя природы, замученное вами в угоду собственному желудку?!
- Жаль, - серьезно заверила его хайяри. - Мы скорбим. Разве вы не видите: это - поминальная трапеза по невинно убиенному дитю… дите… Птичке, в общем.
- Вы умышленно преступили заветы Матери нашей, Великой Хайяримы - и не раскаиваетесь в этом?! - не оставлял надежды воззвать к совести чужаков ярый защитник природы. - Богиня запрещает своим детям есть мясо живых существ!
- Это неправда! - Маржана вскочила так стремительно, что едва не опрокинула наполовину опустевший кувшин с вином. - Хайярима никогда не запрещала нам есть что бы то ни было! Не приписывайте богине собственных убеждений! Половина моих предков не гнушались за пиршественным столом отведать мясных блюд!
- Это было в дикие, варварские времена, а не в наш просвещенный век!.. - запальчиво возразил жрец, брызжа слюной.
Глаза Маржаны нехорошо сузились.
- Так ты смеешь утверждать, что мои предки, правители Хайялина, одобренные самой богиней, - были необразованными дикарями и варварами?!
Жрец, до которого наконец дошло, с кем он осмелился препираться, похолодел и захлопнул уже открытый для очередного обвинения рот. В наступившей тишине отчетливо клацнули жреческие зубы.
- Простите, хани, - пролепетал несчастный, сгибаясь в земном поклоне, - я не хотел оскорбить ваших родственных чувств… И все же вам лучше пройти во дворец. Верховная жрица взволнована, мы все опасаемся за вашу жизнь…
Маржана, успевшая остыть и устыдиться своей несдержанности, из-за которой она накричала на уважаемого человека, к тому же радеющего о ее же благе, сдержанно кивнула.
- Ступай. Скажи жрице, я скоро вернусь.
Служитель, не поднимая головы, склонился еще ниже и телепортировался во дворец.
- А здорово ты его построила! - одобрительно заметил рыцарь.
- Отвяжись, - устало махнула рукой божественная хани. - Без тебя тошно…
- Чего тошно-то? - не поняла Заринна. - Ты все правильно сделала. Раз уж они так настаивают на твоем высоком происхождении и королевских привилегиях, нечего позволять тобой командовать. Иначе так и будешь всю жизнь ходить на цыпочках и исполнять чужие приказы, выдавая их за свои.
Маржана печально покачала головой.
- Я боюсь саму себя. Еще месяц назад я бы ни за что не повысила голоса на жреца какого бы то ни было бога. Я бы выслушала его, и не подумав перечить. А сейчас? После того, как во мне начала просыпаться эта клятая память предков, я становлюсь другой. А что со мной станет после коронации?! Я и вовсе превращусь в чудовище!
- Не мели ерунды, - строго одернул ученицу маг, стараясь, чтобы его голос прозвучал как можно увереннее. - С чего ты взяла? Ты просто станешь чуть более осведомленной в делах управления государством и в истории своего рода. И потом… Ты ведь еще не коронована, верно? Кто знает, что может случиться до дня официального объявления тебя правительницей? В крайнем случае, всегда можно подтолкнуть судьбу в нужную сторону… Мы что-нибудь придумаем.