- Не бойся, я не предлагаю тебе ничего непристойного, - усмехнулся Дар. - Я не Светомир. Да и он не предложил бы, раз уж на то пошло.
- Это почему же? - оскорбилась Айна.
Дар едва не расхохотался в голос над этой загадкой женской психики. Ох уж эти дамы! Приставать начнешь - возмущаются, не начнешь - обижаются: мол, чем это я хуже других?! Маг не без труда подавил приступ бурного веселья и пояснил:
- Да потому, что все его любвеобильные замашки - не более чем бравада. На самом деле он вполне вменяемый парень и знает, когда можно повеселиться и подшутить над окружающими, а когда есть опасность перегнуть палку. Только вот чувство юмора у него довольно оригинальное, что правда то правда… Так, может быть, примешь все-таки мою помощь? Мне на твои мозоли смотреть страшнее, чем на упыря на заброшенном кладбище…
На сей раз попытка мага продемонстрировать свои способности мозолеврачевателя увенчалась успехом. Айна покорно кивнула и вытянула ноги поближе к освещенному костром кругу.
Лечение оказалось немногим менее болезненным, чем изощренная пытка неудобной обувью, но эта боль обещала облегчение, и графиня, сжав зубы, сдерживала рвущиеся с языка проклятия.
- Когда-нибудь я обязательно вернусь в Предгорье и припомню этому клятому сапожнику свои мучения со всей мстительностью, на какую только способна, - мрачно пообещала Айна костру, когда Дар закончил перевязку. По ступням разливалось приятное тепло, постепенно отвоевывая у боли все больше пространства. Огонь ответил графине одобрительным потрескиванием.
Дар лишь хмыкнул. Его интересовало другое.
- Ваше сиятельство совсем не спит? - нарочито безразличным тоном осведомился он, подкладывая веток в костер.
Айна удивленно моргнула.
- Я выспалась прошлой ночью.
- Врать нехорошо, - прищелкнул языком колдун. - Разве знатных барышень не этому учат в первую очередь? Я вчера уснуть не мог от твоего топота в соседней комнате, ты полночи мерила ее шагами.
- Неправда, - обиженно буркнула Айна, - я тихо ходила.
- Может быть, - легко согласился колдун. - Но у вампиров, даже у полукровок, слух лучше, чем у людей. Я бы услышал, даже если бы ты коротала ночь на цыпочках.
- У вампиров хороший слух, отличное зрение, в том числе и ночное, абсолютная память… Есть хоть что-нибудь, в чем вампиры уступают людям? - уязвленно поинтересовалась Айна.
- Есть. Инстинкт самосохранения. Вообще-то человек на моем месте уже давно бы отправился спать, а я не оставляю надежды уговорить одну упрямую девицу хотя бы подремать перед дорогой.
- Можешь не усердствовать. Я все равно не лягу. Мне нужно подумать.
- О чем? Осталось еще что-то, не передуманное за прошлую ночь?
Айна нервно передернула плечами, досадуя на недогадливость колдуна.
- О том, как жить дальше. Столько всего изменилось… Мне нужно привыкнуть к этому.
- От того, что ты будешь усердно размышлять над проблемами, они никуда не денутся, - покачал головой маг. - А выспаться все-таки нужно. С зудящими от недосыпа глазами и чугунной головой думается намного хуже - уж я-то знаю! Завтрашний день обещает быть ничуть не менее трудным, чем сегодняшний. Если ты не выспишься, то будешь задерживать нас всех.
- Не буду, - упрямо мотнула головой графиня. - Ты ложись. Я не хочу спать. Я посижу здесь, у костра. Да, и спасибо за помощь. Мозоли уже совсем не болят.
- Ну, как знаешь, - вздохнул колдун, поднимаясь.
Отойдя на несколько шагов, он обернулся. Айна все также сидела, задумчиво глядя в пламя костра. О чем были ее мысли? О том, что она, графская дочь, без пяти минут наследница огромного состояния, выросшая в неге и роскоши, среди дорогих вещей и самых знатных людей королевства, сидит на чьем-то старом драном плаще у костра в ночном лесу, ест, обжигаясь и жмурясь от удовольствия, походную похлебку-пятиминутку и машет мечом, как обычная наемница из отцовской дружины… и не чувствует неудобств и тоски по утраченному комфорту. Пожалуй, ей даже нравится такое положение дел. Лучше махать мечом, чем плести великосветские интриги, невольно ожидая удара в спину от тех, кто еще вчера считался близким другом. Для прямолинейной натуры графини Ромиайны интриги были тяжелым испытанием. Когда тебя могут заживо съесть, сохраняя на лице любезную улыбку и приветливое выражение… Что в сравнении с этим какие-то оборотни? Им, по крайней мере, можно открыто высказать свое недовольство, подкрепив слова ударом меча.
Сейчас, сидя на старом плаще у костра, графиня была куда счастливее, чем дома, в роскошном кресле у мраморного камина с дорогой лепниной.
Дар снова вздохнул, покачав головой. Ну что ты будешь делать с этими графскими дочерьми! Все приходится выполнять за них…