Я не могла выдержать даже пары минут.
Шоколад или ваниль... розы или лилии? Это было какое-то сумасшествие.
— Эв, я думаю, нам нужно поговорить, — прозвучал голос Райана, вошедшего в кухню. Я подняла глаза и увидела, что он стоит передо мной, неловко засунув руки в карманы, и разглядывает разбросанные по столу брошюры. Он ощутимо сморщился и развернулся.
— Конечно. В чём дело? — спросила я, разгребая стол, чтобы освободить для него место, но парень просто отвернулся и начал мерить шагами комнату, сцепив руки за головой.
— Мне следовало догадаться. Не стоит преследовать женщину и практически умолять её встречаться с тобой, — пробубнил он.
— О чём ты говоришь? — спросила я, начиная беспокоиться.
— Ты помнишь, сколько времени тебе понадобилось, чтобы сказать мне «да»? Ты помнишь, сколько кофейных заказов и дурацких стрелялок, сколько упоминаний о гигиене и моём совершенном водительском стаже спустя ты дала нам шанс?
— К чему это всё?
— Это не должно было быть так сложно, — ответил он. — Любовь не требует таких усилий. Она просто есть. И насколько просто для меня чувствовать её, настолько трудно мне наверняка сказать, что чувствуешь ты в ответ.
Сердце заколотилось у меня в груди, стоило мне вскочить на ноги.
— Райан, ты с ума сошёл? Я люблю тебя, только тебя. Я согласилась выйти за тебя замуж! — закричала я, показывая в качестве доказательства свою левую руку.
— Где ты была, Эв? Той ночью, когда мы поругались. Куда ты ездила?
Комнату затопила тишина.
С губ Райана сорвался нервный смешок.
— Вот видишь, самое печальное, что я и так это знаю. В тот момент, когда ты ушла, я знал, где ты окажешься, к кому обратишься. Ты словно компас, а он – твой истинный север. Вплоть до последних нескольких месяцев, я считал, что это я.
— Это и есть ты, — крик прорвался вместе со льющимися по щекам слезами.
— Нет, Эверли, это не я. Я лишь заполнил пустоту на время. Но твоё сердце всегда было занято. И я этого не понимаю... и никогда не пойму, особенно, после того, что он сделал с тобой. Но даже так, ты никогда не расставалась с ним. И теперь тебе нужно дать этому второй шанс.
— Что ты такое говоришь? — закричала я, обхватив себя руками, словно защищаясь. Райан, наконец, остановился и повернулся ко мне.
— Я отступаю... и даю тебе передышку, чтобы ты смогла разобраться в том, чего действительно хочешь. Его или меня.
Я сделала шаг вперёд, но замерла, увидев, как он отшатнулся.
— Мне не нужна передышка! — закричала я. — Я хочу тебя!
— Нет, не хочешь, — мягко ответил Райан. — Ты не знаешь, чего хочешь, а до тех пор, пока не узнаешь, я не хочу быть запасным вариантом.
Парень встретился со мной глазами, и я увидела в них боль и утрату, сменившиеся решимостью, когда он кивнул и направился к двери. Во мне поднималась волна паники, и я сорвалась за ним.
— Пожалуйста, Райан, не надо. Не делай этого.
— Я делаю лишь то, что ты боишься сделать сама, — сказал он, останавливаясь у двери. Он повернул ко мне лицо, и я увидела в его голубых глазах замершие слёзы.
— Я люблю тебя, и так я пытаюсь выразить тебе свою любовь, — прошептал Райан. Он прикоснулся к моей щеке и исчез за дверью, словно призрак, оставив меня утешаться лишь тишиной и слезами.
***
Когда на этот раз моя машина подъехала к кирпичной подъездной дороге, я точно знала, где нахожусь. И зачем приехала.
Не тратя ни секунды, я отключила двигатель и вышла из машины, движимая целью. У меня были припасены слова – целая речь – и я была готова натравить их на своего врага.
Вот кем был Август. Мой личный Враг Номер Один.
Он открыл дверь сразу, стоило мне заколотить по ней. Его счастливое и удивлённое выражение померкло, как только с моих губ сорвались первые слова.
— Ты разрушил мою жизнь. Снова! — закричала я, сопровождая слова тычком пальца по его груди. Его удивление сменилось растерянностью, когда он пропустил меня внутрь.
— Я не понимаю, Эверли. Что происходит?
Я выдавила смешок.
— Ты. Ты происходишь. С того момента, как ты очнулся, моя жизнь превратилась в хаос. Мало было того, как паршиво ты обращался со мной в течение нескольких лет, нет, теперь тебе понадобилось разрушить лучшее, что случилось со мной.
Парень выдвинул руки в защитном жесте, отступая в гостиную. Мой палец по-прежнему вдавливался в его грудь и то, как Август посмотрел на него, вызывало ощущение, словно я тычу в него заряженным оружием.