– Иисусе! – Себастиан запустил пятерню в волосы. Он был в полной растерянности с той минуты, как приехал на Карлейл Сквер, и Глэдис сказала ему, что Мадди не хочет его больше видеть. Он прошел мимо прислуги, взбежал наверх по лестнице и забарабанил в запертую дверь Мадди. Однако из-за двери не донеслось ни звука. Кончилось тем, что Себастиан неохотно спустился вниз и сел в кресло в гостиной. Еще через несколько минут к нему присоединился Кристофер. Попытавшись поговорить с дочерью и не добившись никакого успеха, он только и смог сказать:
– Мне очень жаль, но ты же знаешь, какой упрямой бывает иногда Мадди.
– Тогда я просто сяду и буду ждать, – решительно заявил Себастиан и скрестил руки на груди. – Все равно ей когда-нибудь придется открыть дверь.
– Послушай, мне не хочется играть роль грозного и сурового папаши, но у Мадди, очевидно, серьезные причины не видеться с тобой. Тебе лучше пойти домой. Я позвоню тебе утром, после того, как поговорю с ней.
– Должно быть, что-то ее расстроило за ленчем, – вздохнул Себастиан. – Мне бы только знать, в чем дело. Все шло прекрасно. Джаспер Конрад был от нее без ума.
– Рассказал бы ты об этом деле. Может, тогда мне удалось бы выяснить, что с ней случилось.
Кристофер вопросительно посмотрел на него, и Себастиану пришлось все рассказать о «Зачарованной» и о том, что Мадди будет петь Тину и записывать альбом.
– А, вот что, – сказал Кристофер, – так, может, в этом все и дело. Все-таки после болезни на нее обрушилось слишком много работы, а это очень тяжело для ее организма. Джаспер знает о ее проблемах, да?
Себастиан виновато отвел глаза и неопределенно кивнул:
– В каком-то смысле…
– А поточнее нельзя?
– Видишь ли, он не знает, что Мадди пока пользуется костылями. Они встречались впервые, и я не хотел, чтобы он составил превратное мнение о ней.
– А теперь он знает?
– Нет. Мадди сидела, когда Джаспер приехал в ресторан. Однако на следующей неделе у них снова назначена встреча. Нужно обработать несколько песен. Там он все и увидит.
Кристофер стал что-то понимать.
– Себастиан, а тебе не кажется, что было бы честнее рассказать твоему продюсеру о Мадди и ее болезни с самого начала. А что, если он не поверит, что она выздоровеет? Кроме того, его компания собирается потратить кучу денег на выпуск альбома, так ты говорил? Так вот в чем причина плохого настроения Мадди!
Себастиан хлопнул ладонью по подлокотнику кресла.
– Послушай, как же ты не понимаешь, что если бы я рассказал это Джасперу раньше, он не дал бы Мадди ни малейшего шанса. А так у нее впереди еще целый год. За это время она поправится, я в этом уверен.
– Это понятно. Но время, время! Ты уверен, что через год Мадди сможет исполнить главную роль в мюзикле, запишет альбом, да еще и будет участвовать в рекламной кампании?
– Конечно, уверен! Господи, Кристофер, ты же знаешь, какой была Мадди сразу после падения. У нее появилась цель, теперь ей хочется жить.
– С этим я согласен, – кивнул Кристофер. – Это, конечно, великолепная возможность для нее. Однако мне кажется, что ради Мадди ты должен все рассказать продюсеру. Я подозреваю, что Мадди просто боится получить отказ после того, как узнают о ее затруднениях.
– Наверное, ты прав. Я был не до конца честен по отношению к Мадди и Джасперу. – Себастиан вздохнул. – Но я знаю только одно – Мадди создана для этой роли. Ты бы послушал ее пение, Кристофер. Она восхитительна!
– Я понимаю, что ты делаешь это из лучших побуждений, но сейчас надо исправить положение, – печально сказал Кристофер.
Себастиан встал и посмотрел на часы.
– Ладно. Джаспер еще у себя в офисе. Поеду к нему.
– Расскажи ему всю правду, все, как есть. Я поговорю с Мадди.
Когда Себастиан ушел, Кристофер устало поднялся по лестнице в комнату Мадди.
– Открой, пожалуйста, дорогая. Себастиан мне все рассказал о «Зачарованной» и о сегодняшнем ленче. Нам нужно поговорить.
За дверью послышался шорох, через минуту она отворилась, и Кристофер увидел бледное взволнованное лицо дочери.
– Входи, – сказала она.
Войдя в спальню вслед за ней, он сел на кровать и, дождавшись, пока Мадди сядет, сказал:
– Себастиан поехал к Джасперу Конраду, чтобы рассказать ему правду.
– Ему следовало рассказать все с самого начала. Я себя чувствовала последней обманщицей, когда сидела в ресторане и слушала, как Джаспер строит планы насчет меня. Конечно, Себастиан делает это потому, что любит меня, но… – голос девушки дрогнул, и она безнадежно махнула рукой.