– Я… э-э… нет, сэр. Я стараюсь работать, как могу.
– Это мы видим. Что касается техники, то ты уже вполне сложившаяся балерина, но танец… Знаешь, Мадди, кажется, что твой танец потерял легкость, ты словно утратила способность летать. Налицо признаки усталости, естественность пропала. У тебя какие-то проблемы со здоровьем?
– Нет, сэр, никаких, – честно ответила Мадди.
– Уже легче. А как дома, может, там не ладится?
– Нет, сэр.
Серж некоторое время молча рассматривал ее, и Мадди опустила глаза. Затем он снова заговорил:
– Дело в том, Мадди, что в следующем году начнется особенно трудная работа. Я уверен, тебе понятно, что в Труппе Королевского Национального балета очень мало вакантных мест, – максимум четыре, пять. Если бы меня спросили до Рождества, я бы сказал, что у тебя есть все шансы оказаться в числе избранных. Теперь я не знаю… Ты действительно хочешь танцевать, не так ли?
– Конечно! Я всегда мечтала танцевать в Королевском Национальном. Мне очень жаль, сэр, что моя работа вас не удовлетворяет. Обещаю, что буду стараться еще больше.
Серж внимательно посмотрел на бледное лицо девушки. Может, ей нужен стимул?
– Послушай, я подумал о том, чтобы ты позанималась с Сашей некоторое время. Может быть, ты смогла бы заменить Николь в последнем спектакле семестра.
– Н-нет, сэр. Если вы не против, я бы хотела остаться со своим постоянным партнером Джоном. Мы с ним достаточно хорошо изучили друг друга и…
– Ладно, раз ты так хочешь… Я-то думал, что вы с Сашей очень неплохо вместе танцевали.
– Да, но он сейчас является партнером Николь, и с моей стороны было бы не совсем порядочно…
– Запомни, Мадлен, ни у кого из вас нет еще постоянного партнера.
Серж вздохнул, огорченно констатируя, что сумел понять причины ее неудач не лучше, чем в тот момент, когда она переступила порог его кабинета. У него было особенно нежное отношение к Мадди еще и потому, что он хорошо знал Антонию, и сейчас он видел, что Мадди очень уязвима и от чего-то страдает. Ему вовсе не хотелось сидеть сложа руки и наблюдать, как эта девушка портит себе блестящее будущее.
Но он ничем не сможет ей помочь, если она не расскажет, что с ней происходит. А этого-то Мадди, похоже, и не хочет делать. Наконец Серж сказал:
– Ладно, оставим пока все, как есть. Спасибо, что зашла ко мне.
Мадди встала.
– Очень сожалею, сэр. Обещаю, что постараюсь заниматься лучше.
– Мадди! – окликнул ее Серж, решивший сделать последнюю попытку разобраться в том, что случилось с девушкой.
– Да, сэр?
– Ты знаешь, мы с твоей матерью вместе учились в этом училище, а потом я стал ее партнером. Если ты соберешься, я убежден, что тебе удастся достичь даже большего, чем достигла она в твоем возрасте.
Только теперь лицо Мадди осветилось улыбкой, которой Серж у нее давно уже не видел.
– Спасибо, сэр.
– И еще, Мадди… Если захочешь поговорить, ты знаешь, где меня найти.
Девушка кивнула и вышла из кабинета.
Серж взглянул на фото, где он был снят вместе с Антонией, и подумал, рассказал ли Кристофер дочери, как умерла ее мать. Вряд ли, или он рассказал совсем немного. И это, видимо, самое правильное. Прошлое есть прошлое.
После разговора с Сержем Мадди вышла из его кабинета со смешанным чувством. Она злилась на себя за то, что ее личные проблемы так повлияли на занятия, а она допустила это, совершенно раскиснув и потеряв контроль над собой. И все-таки она была очень рада, что Серж оказался достаточно внимателен и пригласил побеседовать о ее проблемах. Но особенно острую радость, нет, настоящее счастье, девушка испытала от того, что педагог сравнил ее с матерью. Первый раз за много месяцев она воспряла духом. Мадди думала о том, что и сама, наверное, во многом виновата.
Она должна честно признать, что за последние несколько недель даже Николь стала дружелюбнее, и им удалось вполне цивилизованно обсудить, как идет подготовка к празднику, который должен состояться в следующий уик-энд.
Словом, что там ни говори, но Мадди знала, что ей надо изменить свое отношение к жизни, раз уж это так влияет на занятия. Серж думает, что у нее талант, возможно, не меньший, чем у Николь.
Размышляя об этом, Мадди и не заметила, как прошла всю Кингз Роуд, но к концу этой пешей прогулки она почувствовала себя значительно увереннее. Для начала, вернувшись домой, ей следует попытаться быть хоть чуточку веселее. Она извинится перед отцом за то, что была такой надутой все это время, и даже постарается быть повежливее с Николь. А с завтрашнего дня она сосредоточится на своих занятиях.