Он осторожно выглянул за угол и тут оттуда высунулись те жуткие морды, да как давай на него идти. Элиз закричал во весь голос, бросил в них лимонад и побежал по узким улочкам, точно по лабиринту. Было страшно даже назад оглянутся. Людей вокруг никого, звать на помощь бесполезно. Кажется сейчас ему придет конец.
Но на повороте его кто-то схватил за локоть и оттащил, закрывая рот ладонью. Элиз брыкался что было сил.
- иди за мной.- шепнул знакомый голос.- Саймон сам домой долетит.-
Спасителем оказался сам Ликэ. Они свернули на право, потом на лево, оглядываясь не следят ли за ними, и зашли в какой-то бар. Там было сильно накурено и Элиз смог открыть глаза лишь тогда, когда они зашли в общую кабинку туалета. Вместо непробиваемого дыма, легкие наполнились зловоньем, от которого хочется поблевать где-нибудь за углом.
Чародей распрямил плечи так, что лопатки хрустнули, кашлянул и так затейливо постучал в дверь, через которую они зашли. А потом потянул за ручку и вот они стоят на пороге дома, где Люцифер с интересом на них посматривал.
- я чувствую присутствие слуг Силинвен.- тихо протрещал демон.
- я тоже.- отозвался Ликэ.- проследи за защитным барьером, никого не впускай и не выпускай.-
Чародей проскрипел наверх, оставив парня с трясущимися коленками отходить на диване. Он было чуть не умер на том дуратском балу. Нужно немедленно приступать к изучению начальных чар, чтобы хоть как-то смочь защитить самого себя. Но на первом месте сейчас стоит приготовление ужина.
Элиз сидел перед разделочной доской и подавлено нарезал морковь колечками. Мысли летают в глазах как пьяные мухи, расплываются в непонятные очертания. В конце концов он запутался. Может Ликэ и впрямь не такой злой, какие о нем ходят слухи. А еще понятно почему он боится ведьмы, такие страшные монстры и в кошмарах никому не снятся. Меж тем нож все ближе подходил к пальцам.
- эм… Элиз, ты же не хочешь накормить нас собой?- протянул Люцифер.
- а? Что?- очнулся парень и вздохнул, увидев что за час нарезал лишь пол морковки.
Через несколько мучительных часов вернулся Саймон, влетев через дымоход и став, кажется, еще чернее. К тому времени Элиз управился с ужином.
С лестницы осыпался Ликэ. В руках он держал пособие Элиза.
- славно-славно. Старик Фрерик опять за свое взялся. А я думал он отошел от педагогики.- усмехнулся чародей.- что же ты мне, дорогой Элиз, не сказал, что собираешься чары творить?-
Ликэ стоял так близко к парню, смотря своими зелеными пронзительными глазами так, как лиса смотрит на кролика. А Элиз не знает, что и сказать.
- вы сами меня не хотели замечать!- осмелел Элиз.- вас волнует только свое лицо, да как бы погулять, да повеселиться!-
- что?! Ах ты неугомонный мальчишка! Тебя никто не просил натыкаться на мой дом!-
- а вы старый пень! Хоть раз бы за еду спасибо сказали!-
Люцифер и Саймон в ужасе смотрели как ругаются Элиз и Ликэ. Еще никогда они не видели чародея таким злым, но в то же время словесная перепалка доставляла ему веселье. Это видно по улыбке. В конце те двое отвернулись друг от друга, скрестив руки и громко хмыкнув. И стояли так еще минут пять, пока чародей не положил на стол клочок бумаги, буркнув:
- сможешь сотворить эти чары и считай ты мой ученик.-
И Ликэ удалился в комнату. Элиз смотрел на бумажку с крючковатыми буквами, написанными словно в трясущейся карете. Подчерка хуже не найдешь. Для чар Элиз нашел все необходимое: корешок подсолнуха, щепотка горного камня, полуночная вода из болота и пепел феникса. Это все нужно было смешать в дубовой чаше, что не очень-то выходило. Смесь не хотела становиться единым целым и шла комками.
- мешай три круга налево, а потом три направо.- шепнул Люцифер.- только нежно, как будто тесто месишь.-
Удивительно, а совет помог. Чары смешались и стали похож на жидкий сверкающий песок серо-голубого оттенка. Тут же и Ликэ спустился. Он взял чашу, понюхал, с каким видом нюхают бокал вина, и набрал немного в пипетку. Потом взял горшок с землей, который непонятно зачем стоял на полке, и капнул две капли. Через несколько секунд из земли выросли, со стремительной скоростью, ростки. Ликэ улыбнулся и хмыкнул, отойдя к окну. Он задумчиво, но довольно, смотрел на черное небо. Свет свечи трепетал на гладкой коже, игрался на темных волосах.