На прошлогоднюю «Спортокиаду» ребята тоже приходили пешком, посмотреть на Дев из Пророчества. Вели группу в двадцать человек видящие Дорогу Игорёк и двадцатилетний парень.
После возвращения домой, они не встречались. А когда нынче Игорь стал собирать группу, чтобы сходить на спортивный праздник, старших ребят не нашёл. Теперь он знает, почему. После распутья они шли в разные стороны по одному, два, три человека, и их вылавливали. Нынче выловили бы и их группу.
У деда Любомира есть потайное место, где стоит небольшой дом. Игорёк хотел увести ребят к себе в это место, а сам пойти искать Нюру. Место это охраняет лесная чудь Путаница. Игорёк с ней дружит, поэтому может разобрать любой запутанный след.
- Игорёк, а какая она – Путаница? – спросила Таня.
- Она как лиса, только меняет свой окрас, чтобы её не могли увидеть. У неё большие круглые зелёные глаза и уши большие. Пушистый хвост. Она носиком так потешно крутит! – стал объяснять особенности Путаницы Игорёк. – Путаница потому, что запутывает человека в лесу так, что он не может найти путь. Если она хочет человеку показаться, то становится рыжей, как лиса.
- А кто те Пантеры, которые ребят вылавливали? С ошейниками, – спросила Маша.
- Это Особая дружина Герда, – пояснил Борис.
- А чем живут лесные жители? – поинтересовалась я.
- У нас там большие липовые леса и поляны с душистыми травами. Жители пчёл держат. Колоды делают для пчёл и три – четыре раза мёд берут. Почти весь мёд отправляют в столицу. Ещё немного на ярмарку вывозят, чтобы деньги были платить за имущество. А себе мало что остаётся, – объяснил Гвидон.
- Игорёк, а ты от кого узнал о Нюре? – спросил Елисей.
- Когда дед Любомир ещё был живой, к нему приходил слепой дед, весь белый, с гуслями. Он и спел нам про Нюру.
По залу прошёл лёгкий шумок.
- А ты спеть можешь? – спросила Лада.
- Могу. Только гусли надо, – согласился Игорёк.
Лада встала, подошла к Игорьку.
- Проходи, садись вот тут на ступеньки, сейчас дам гусли.
Прошла за кулисы и вынесла гусли.
Игорёк взял в руки инструмент, присел на верхнюю ступень эстрады, пристроил умело на коленях, тронул струны, прислушался к звучанию. Согласился с услышанными звуками, прикрыл глаза и запел ещё не совсем устойчивым низким тенором.
Как во Княжестве то Белоярском
Да Лес Великий широко раскинулся.
А у края того Леса Великого
Стоит Терем каменный, Зачарованный.
А и ходу нет ко тому то Терему
Да не пешему, да не конному.
А и живут во том Тереме Зачарованном
Да двенадцать Дев диковинных.
Да и у тех то Дев крылья белые.
Да и белее летучего облака,
Да и белее снега сыпучего.
А и глаза у Дев-то тех Ладоньи,
Да и во лбу у каждой звезда горит.
А и служат Девам тем десять Ладонов,
Десять Ладонов могучих, друзей преданных.
А и старшей-то у Дев тех
Дева Нюра Златовласая.
А и Сила Девы той немеряна,
Мудрость Девы той неоспоримая.
Да и служит Дева та
А и самому Триединому.
Он для Девы той родный батюшко.
Сама Леля ей сестрица старшая.
А и приходят к Деве той,
Да и ко Нюре Златовласой
Со Нуждою своей неизбывною.
Обогреет, обласкает она каждого
Неизбывную Нужду развеет по́ ветру.
Да и пойдёт человек из Терема,
Да из терема Зачарованного
С сердцем праведным, с душою чистою.
А и станет Девам тем другом преданным,
Да и защитником смелым, отчаянным.
Умолк певец, отзвучали струны гуслей, а мы все сидели, боясь разрушить очарование былинного звучания. Игорёк встал, положил гусли на сцену, и только тогда по залу прошелестел вздох, и на парня обрушился шквал аплодисментов.
- Ну, Дед, ну, Вековун, устроил нам славу на всю Роксолань! – воскликнула я, когда стихли аплодисменты. – И где это видел он Дев со звёздами во лбу, да Нюру Златовласую?
- Ань, это же аллегория, приукрашение, преувеличение для красоты слога, – заступилась за Деда Таня.
- Ничего не преувеличение, – возразила Лана. – На свадьбе у кого звезда во лбу сияла? А когда Анна луч пускает, вы лицо её видели? У неё же на середине лба сияет солнышко размером с маленькую монетку – «звёздочку». И у остальных тоже. А сегодня во время работы с Зеркалом, у неё волосы на солнце золотом отливали. Так что из песни слов не выкинешь. Да и не надо. Всё в ней, правда. А то, что сказано, будто Триединый ей «родный батюшко», а Леля «сестрица старшая», так это для полновесности.