-Владу!- раздалось в шаге от отроковицы.
И ласковые руки духа подняли вскормленника на ноги, прижали к себе, снимая томление с головы.
-Я уйду,- вытирая ладонью лицо от слез, молвила отроковица.- Уйду из поселения... Днесь...Разве я свершил, что-то плохое... спасая мальчиков от той пакости. Так почему же меня наказывают? По первому забрали братьев, а теперь обижают и тебя.- Юница говорила ту речь часточко прерываясь, выплескивая не просто слова, а целые фразы.
-Нет! Меня не обижают,- чуть слышно отозвался дух ласково голубя волосы отроковицы.- Я это заслужил. Я ослушался Богов... поступил не верно... не должен был так поступать. В том повинен лишь я, но не ты... Не ты, лапушка, и ты не должна говорить такие страшные слова... Уйдешь... Куда? Куда?
-В лес,- звонко откликнулась девочка, вдавливая живот духа вглубь его тела своей головой.- Уйду в лес. Убегу и буду там жить! Одна! Одна! Раз я иной... тогда и место мое иное. Уйду!- и юница резко дернулась в сторону, словно намереваясь исполнить прямо сейчас свою страшную угрозу.
-Нет! Нет!- зашептал Выхованок, при том весьма крепко удерживая девочку.- Пойдем! Пойдем к капищу, там...
-Нет! Не пойду к капищу! Не пойду!- выплескивала Влада свою боль, каковая переполнив ее голову, сызнова вынырнула кровавыми каплями из обеих ноздрей, да стекла по губам и подбородку, упав на прозрачное тело вуя.
Выхованок еще крепче обхватил вскормленницу за руки, стараясь не выпустить и несомненно страшась за ее горячность. Он сильнее вдавил девочку в свое тело и миролюбиво проронил:
-Зиждитель Дажба! Зиждитель Дажба звал тебя! Велел мне привести тебя обратно... Он...
-Он такой же как Батанушко, такой же,- ерничая отозвалась девочка. Она резко оторвала голову от тела духа, уткнула свой взор в его глаза, и, передразнивая Бога, сказала,- как же так... девочка... Что скажет Небо?!
-Ох!- захлебнулся страхом Выхованок и на мгновение, ослабив хватку, выпустил руки отроковицы из своих объятий.
И Владелина немедля дернувшись, отскочила в сторону и запальчиво зыркнув в лицо духа, прокричала:
-А мне! мне все равно, что скажет Бог Небо. Ибо я сам творю свой удел. Я, а никто иной, так учил нас Бог Дажба.
Юница суматошливо развернулась и скорым шагом направилась вон из поселения, тотчас сойдя с дороги и минуя хозяйственные постройки, дворы, избы... туда, к могучим стенам леса подымающегося точно ограда невдалеке.
Время... время, движение одного мгновения жизни за иным. Лишь оно лечит, выравнивая в памяти события, налагая на них дымчатую завесу забывчивости, а порой и вовсе стирая их из наших воспоминаний. И Владе тоже нужно было время, которое принесло ей успокоение. А может быть девочке нужно было участие... забота близких, родных тех, которые могли утешить...
Теплые лучи солнца, зараз озарившие поселение людей, огладили и кудри юницы. Они неспешно пробежались по тонким локонам, всколыхали каждый завиток, а после поцеловали в макушку. Отроковица остановилась на краю поселения, и, уткнув лицо в ладони, горько плакала... очень... очень давно она так не плакала.
Уйти Владелина не могла, потому как чувствовала тогда, что-то порвется внутри ее головы от той невыносимой разлуки... Разлуки, которую она давно несла в себе... давно хоронила... И днесь к той неизлечимой, болезненной разлуки с кем-то очень дорогим, не могла она прибавить еще и расставание с Выхованком, мальчиками и главное с Богами... коих так трепетно любила и к коим так мечтала прикоснуться. Потому и замерла она на краю поселения давая возможность покинуть слезам очи, а вместе с тем излиться и тугой тоске охватившей все ее тело.
-Надо вернуться,- пролетели подле кудрей отроковицы едва слышимые слова, словно принесенные легчайшим порывом ветра.- Надо вернуться, чтобы вуй... мой милый вуй... чтобы никто не сказал, что он не исполнил указанное Богом.
Девочка отерла рукавом рубахи хлюпающий нос и мокрые глаза, из каковых все поколь выскакивали махие слезки, оставив на желтом полотнище материи тонкий кровавый след. Она муторно вздохнула, и чуть зримо заколыхалась ее вздрагивающая грудь, да окончательно приняв решение вернуться, поверталась. Нет, идти на праздник она не собиралась, однако и уйти из поселения не могла, потому решила отправиться в избу, взобраться на ложе, и, положив голову на подушку, застыть. Владелина неспешно прошла сквозь широкий двор, принадлежащий духу по имени Ведогонь, и, миновав хозяйственные постройки и избу, вышла на дорогу да тотчас, в некотором отдалении, заметила поникшую фигурку Выхованка.