- Не смей в меня стрелять!- звонко кликнула Владелина и малость покачнулась, потому как въехавшие в рассыпчатый песок подошвы сапог не сдержали скорого движения ее тела.- Я не пришел к вам с ссорой! Увидев вас, хотел просто узнать, кто вы и не мыслил о сваре... это начали вы.
Лопаст, что стоял в воде недвижно замер, он уже было стал опускать свой лук в воду, но узрев уткнутый в его товарища клинок, остановился.
- Ты первый тронул рукоять меча,- отозвался сидящий на берегу подле девочки лопаст, не сводящий испуганного взора своих немедля увеличившихся в размере очей с острия клинка.
- Нет, я только огладил ножны,- задыхаясь переполнившим от волнения и быстроты прыжка воздухом легкие, пояснила Владелина.- Лишь огладил... Не искал ссоры и не хотел ее. Но вы... вы сами ее завязали, ибо пришли сюда с дурными намерениями. И пусть... пусть вы не рады нам - людям, но недолжно вам, божеским созданиям, оскорблять имена своих Творцов.
-Нет!- весьма решительно произнес тот, что глазел на меч.- Они нам не Боги... днесь мы перестали признавать их власть и почитать как Отцов. Они, Расы, более не наши Творцы... ибо не только утеряли с нами связь, но и привезли сюда вас... вас людей... мерзостей... таких гнустостей... А значит и сами... сами Расы стали гнусностями!
- Не смей! Не смей! Дубина! Червь!- еще более несдержанно закричала Влада и тотчас тот крик выплеснулся у нее из ноздрей алой юшкой.
Девочка резко надавила рукой на рукоять меча... так, что его острие неспешно вошло вовнутрь лопаста, рассекая бурую кожу на части с под коих сей же миг заструилась почти голубого цвета кровь.
- Не смей при мне унижать моих Богов, иначе я забуду всякие приличия и отрублю тебе речной дубине, твою пустую голову,- продышала юница, перемешивая слова и потоки юшки, что текла не только по ее губам, но днесь и внутри рта.
Густая алая краска от прибывшей к голове крови выплеснулась на щеки. Она болезненно окатила мозг, внутри головы, и точно качнула из стороны в сторону сердце в груди... Наверно еще мгновение и Владелина иль потеряла бы сознание, или все же вогнала в лопаста весь свой клинок, а не только его острие. Одначе тотчас в ситуацию вмешался иной лопаст, дотоль стоящий в реке, многажды ровнее сказав:
- Оставь моего кровника! Не тронь его, и мы разойдемся по мирному.
- По мирному,- не совсем понимая услышанного слова иль вложенного в него смысла, протянула девочка и глубоко задышала.- Вы оскорбили моих Богов, моих отцов, а теперь хотите разойтись как-то по мирному. Ладно, если бы вы оскорбили мое племя... я бы смог это стерпеть... но не Расов.
- Расам,- пробулькал, будто откуда-то из глубины своего странного тела лопаст, и, слегка подался вперед, тем нанизывая себя на острие меча.- Расам не удастся создать из нашей Мати Земли очередное пристанище для червей, коими отродясь являются люди. Ибо наши поборники вскоре явятся в ваши края и вас всех... всех... таких несмышленых... бездарных и отвратных по виду людишек уничтожат.
Гортанное, гулкое греготание долетело с середины реки, а потом девочка боковым зрением увидела, как рука второго лопаста вместе с орудием вмиг нырнула вводу. Доли секунд спустя, когда оружие выскочило из воды, оно было вновь снаряжено стрелами. И немедля из него в направлении Влады понеслись стрелы. Отроковица, не мешкая надавила всем телом на рукоять меча, вогнав его и вовсе в заклекотавшего водой лопаста, а засим резко выпустив из руки, повалилась на песок. Стрелы, кажется, пронеслись над телом девочки, а одна воткнулась подле левой руки. Сверху на юницу свалилось то самое нанизанное на меч тело существа. Владелина медлила лишь самую толику, и суматошливо столкнув с себя придавившее ее тело лопаста, резво вскочила на ноги. Еще даже не глядя на того лопаста, что поколь находился в реке, она энергично вырвала меч из хрипящего и махонисто разевающего рот, лежащего на боку существа, обхватившего широкой дланью сам клинок. И сызнова, над ней пролетели стрелы, они так звонко взвизгнули и всколыхали на юнице не только волосы, но и материю рубахи, отчего по коже спины зараз пробежали крупные остужающие кровь и биение сердца мурашки. Девочка немедля направила на гневливого, что-то кричащего в воде лопаста меч и замерла... и одновременно с тем застыл и он.
- Я очень меткая!- Владелина наконец совладала с волнением, оттого и заговорила как отроковица.- Если я метну меч, тебе не избежать погибели, как и твоему товарищу, каковой совсем не следит за своим языком... и за тем, что им лопочит.