На мгновение все замерли. Северина успела увидеть, как удивлённо расширились глаза Елисея, а потом зашипело, загудело — жутко, с присвистом. Она дёрнула опешившую Василису к выходу, но та запнулась, упала, и девушки закувыркались вдвоём. К лучшему: в этот момент над головой снова ухнуло, по спине дохнуло жаром, со всех сторон лязгнуло, полыхнуло едко-зелёным.
Обнявшись и зажмурившись, девушки сжались на полу, а над ними несколько мгновений ревело и громыхало.
Прекратилось всё вдруг. Светопреставление прервал как будто негромкий, но отчётливо слышный щелчок. Волной прокатился к середине зала тугой, тяжёлый воздух — и всё стихло.
— Что здесь произошло? — противоестественно спокойный голос Кощея заставил девушек одновременно вздрогнуть и сжаться ещё больше, но Северина тут же встряхнулась и села, быстро моргая и пытаясь оценить своё состояние. Жива, руки-ноги на месте — уже неплохо.
— А я тебе говорила, что Елисея надо отправить домой! — ворчливо сообщила она и с кряхтением поднялась, потирая то ушибленный в падении бок, то отбитый локоть. Рубашка и сарафан изгваздались, на локте красовалась прореха, сквозь которую виднелась неприятная ссадина. А вот вокруг всё как будто уцелело — и дверки шкафов, и пузырьки за ними. Странно, потому что казалось — разбилось всё вдребезги. А у неё даже зеркало не треснуло, несмотря на падение. — Ох и пол тут у тебя, чисто шкурка…
— Что здесь произошло? — повторил Кощей, подошёл ближе и поднял на ноги Василису, подхватив под мышки.
— Не казни меня, хозяин, но моя ошибка, — понуро призналась та, опустив глаза. — Не углядела я за Елисеем! То ли замок сломал, то ли не закрылось что, но он удрал. Я не осмелилась отрывать тебя от трудов праведных, с Севериной пошли искать беглеца. Тут вот застали…
Объяснения прервал тихий стон с того места, где недавно стоял Елисей. Сейчас там клубился плотный ярко-зелёный туман, из которого торчали только ноги в сапогах.
— Неужто живой? — удивилась Северина.
В ответ на это Елисей медленно сел, осоловело хлопая глазами. Он на первый взгляд тоже не пострадал — выглядел целым, кровь не текла. Одна только мелочь...
— Хоро-ош! — протянула Горюнова и захихикала.
Русые волосы царевича, спадавшие чуть ниже плеч, окрасились цветом тумана — ровно, ярко, словно такими и уродились, даже брови с ресницами задело и небрежную редкую щетину, отчего вид у царевича стал вовсе уж потешным.
— Что? — громко спросил тот, глядя на мир сквозь неровный прищур.
— Кажись, зашибся всё-таки, — сочувственно вздохнула Северина и шагнула к бедолаге, но замерла на втором шаге, растерянно ойкнув: позади Елисея сел ещё один человек, которого минуту назад тут не было.
Села. Это явно была девушка. И не совсем человек.
— Ой, как интересно! — звонко проговорила она, вертя головой. — А что это? А ты кто? — заинтересовалась она, заметив Елисея. Протянула руку, дёрнула за прядь волос и захихикала. — Красиво!
Девушка имела хрупкую, тонкую фигуру и густые, очень длинные волосы насыщенного красного цвета, между прядями которых выглядывали острые кончики изящных, но удивительно длинных ушей. Треугольное личико и большие, широко расставленные, раскосые зелёные глаза почти без белков выглядели странно, но привлекательно и интересно: их хотелось разглядывать.
— Ты очень красивая! — пробормотал царевич, тоже пощупав длинную прядь, стекавшую с плеча незнакомки на пол.
— Красивая-то красивая, а откуда она взялась? — Северина с вопросом уставилась на Кощея: тот выглядел во всей ситуации самым разумным.
— С Пятого колеса, — проговорил он и удержал девушку за локоть, когда она попыталась возобновить путь. — Не подходи.
— Она опасна?
— Остатки перехода. Может зацепить.
Незнакомка тем временем проворно поднялась на ноги, огляделась и протянула обе руки Елисею:
— Вставай, что ты сидишь? Сидеть скучно. А что это за блестящие штуки такие? И пещера какая необычная! А вот это мне не нравится, я домой пока не хочу, — она критически оглядела облако, в котором они вдвоём стояли, и небрежно взмахнула рукой: — Кыш!
То послушалось. Закрутилось, сжалось в маленький смерч и юркнуло куда-то за дверь, прошмыгнув между людьми.
— А оно не навредит?
— Нет, — уверенно отмахнулся Кощей и двинулся за пришелицей, которая потащила Елисея к ближайшему шкафу, восторженно щебеча про красивые блестяшки.
Одета она была во что-то невнятно туманное, струящееся, отчего казалась окутана не одеждой, а клочком плотного искристого облачка. Как вообще эта одежда на ней держалась?!