- Вы кладёте ружье или нет? - уставившись на раскрытый чехол контрабаса, сказал Певун.
- Ах да, простите, засмотрелся на сладкую парочку, - сказал директор, и, положив ружье, предложил по чуть-чуть.
Клеопатр отрицательно замотал головой, директор сказал, что все понимает, и положил бутылочку коньяка в чехол.
- Так сказать, вместо большого спасибо.
- Спасибо, - кивнув головою, сказал Певун и, закрывши чехол, вышел из кабинета шатающейся от обиды походкой.
В дверь постучали, директор два раза сказал:
- Да!
В кабинет зашёл инспектор, директор попросил белокурую секретаршу никого не пускать в кабинет. Тарас Ананич достал из портфеля папочку, положил её на стол и не спешил открывать её содержимое. Но директор был не первый раз замужем. Дешёвыми психологическими штучками старого доку не возьмёшь. Спокойно глядя в зелёные глаза шатена, покорившие сердце Марь Ванны, директор ждал, пока нервы у инспектора не выдержат. Жирная муха нарушила тишину и, гонимая руками, наконец отвязалась от директора и стала биться в стекло. Инспектор вопросительно посмотрел на закрытую форточку, но директор, включив бородатый холодильник, стоял на электро-морозе. Получив второй «щелчок по носу», инспектор решил, что с него хватит пантов. Развязав бантик, которым была связана папка, он открыл рот для обвинений, но произошёл «нежданчик». Из щели под дверьми в кабинет директора пошёл дым. За считанные секунды в кабинете ничего не стало видно. Но, в отличие от инспектора, директор в этом кабинете провёл двадцать лет. И пока Тарас Ананич откашливался, директор не растерялся и открыл окно. Дым рассеялся, в кабинет зашла перепуганная секретарша. И отмахиваясь от дыма, голубоглазая красотка сказала:
- Эраст Эдуардович, у нас ЧП.
- Да что вы говорите, - сказал директор, и строго спросил, как так оказалось, что секретарши не было на месте.
- Мне позвонили и сказали, что за школой драка, - виновато сказала секретарша.
- Ах, так вот какое ЧП, - сказал директор, книгой выгоняя дым в открытую форточку. – А я думал команда КВН. И кто же дрался?
- Никто, - промямлила секретарша, до которой дошло, зачем её разыграли и причём тут КВН.
Женщина знает секрет, как избежать заслуженного наказания. Сделав страдальческую мордашку, секретарша расстегнула блузку, чтобы было куда глазеть, закашлялась и, зашатавшись, стала так, чтобы директор смог её подхватить, когда она упадёт в обморок. Пялясь в глубокое декольте сколько позволяет приличие, директор усадил секретаршу в своё кресло и, набрав в рот воды, брызнул в лицо. Изобразив на лице готовность понести наказание, несмотря на плохое самочувствие, секретарша добилась прощения. Выставив секретаршу за двери с чёткой установкой никуда без его разрешения не отлучаться, директор предложил инспектору продолжить, если тот конечно нормально себя чувствует.
- А что делать с хулиганами, - интересовалась секретарша, показав в полуоткрытую дверь симпатичную мордашку.
- Кто подбросил под двери дымовушку, мы выясним потом, - сказал директор, тоном дав понять прекрасной блондинке, что её дело сидеть и никого не впускать в кабинет.
Поняв по выражению лица директора, что ей ничего не будет, секретарша тихо закрыла дверь, и громко попросив не шуметь, выдворила из приёмной сбежавшихся на дым учителей. Не успела она зайти в приёмную, как дверь кабинета директора открылась и с криком:
- Я это так не оставлю! - из неё выбежал инспектор.
Причём кричал Тарас Ананич, почему-то, неприлично вонзив свой взгляд в декольте секретарши, из глубины которого ему улыбался красный лифчик.
- Тарас Ананич, в конце концов, это ваша папка, а не моя! - вслед инспектору кричал директор. – Здравствуйте, Марь Ванна.
Увидев мужчину всей своей жизни беспардонно пялящегося на грудь молодой секретарши, Марь Ванна не развернулась и не убежала, обиженно всплакнув. О, нет! Без пяти минут пенсионерка, как тот тинэйджер, закатила глаза, после чего словно пантера кинулась на соперницу.
- А вот это уже перебор, - сказал директор и призвал женщин к разумности.