Если реинкарнация правда, то в прошлой жизни Рыжик был неудачником, которому вместо шестого айфона втюхали два третьих.
Ругаясь голосом новорожденного ребенка, Рыжик кинулся на мышку. Разлитый компот прекрасно скользил пол. Кот эффектно приземлился, и, судя по тому, как он пытался устоять на ногах, Рыжик имел все шансы выиграть шоу «Ледниковый период»J. Продолжая кричать голосом новорожденного, Рыжик бросился на мышку, но было уже поздно. Мышка спряталась в первой попавшейся норке. Рыжик решил не отходить от норки, пока не отомстит.
Эраст Эдуардович лежал на полу. Жук-олень, не найдя ничего интересного в штанине Тараса Ананича, (которого в отличие от директора Тарас уложил на диван), полез исследовать, что находится на теле Голубка. Сначала насекомое проделало нелегкий путь через штанину в ширинку. Потом жук-красавец попал под рубашку. По дорожке волос жук долез до шеи. Да будет свет! Взобравшись на подбородок, насекомое остановилось. Черные дыры ноздрей угрожающе сопели.
Вот так Эраст Эдуардович очнулся.
Сначала директор подумал, что болит нос из-за удара. Лучше б директор не подходил к зеркалу. Вспоминая свою, твою, их и такую-то мать, Эраст Эдуардович пытался отцепить жука, который, будто прищепка рогами, вцепился между ноздрей.
- Извините, а зачем вам револьвер? – простодушно сказал пришедший в себя настоящий инспектор.
Директор не успел ударить инспектора рукояткой револьвера по голове. В одной руке директор держал револьвер, а в другой жука-оленя. Увидев рогатое насекомое, Тарас Ананич упал в обморок. Чтобы наказать жука-оленя, директор взял скотч и, взглянув на инспектора, не без иронии сказал:
- Прости…
Кекс пришел в себя от крика товарища. Парень кричал от того, что на кончике носа сидел воробей и клевал то, что было у Коцы в носу. Чтобы не стало плохо от увиденного, Кекс зажмурился и сразу же почувствовал во рту инородное тело. Открыв глаза, Кекс увидел Рыжика. Котяра облизнулся, моргнул и положил лапу на губы. То, что было во рту, засуетилось и полезло вовнутрь. Кекс широко открыл рот для «что за на». Коца замолчал, когда увидел, как кот полез в рот товарищу. Спасая друга, Коца схватил Рыжика за хвост и дернул что есть силы. От шока Кекс стиснул зубы. Рыжик «от удовольствия» запустил в лицо когти. Кекс расслабился и раскрыл пасть как раз в тот момент, когда Коца решил из всех сил дёрнуть кота за хвост. Кот полетел вместе с Коцой куда-то глубоко.
Кекс перевернулся на живот, чтобы выплюнуть шерсть. В животе забурчало, а потом запищало.
- Па-ма-ги-те!!!
Кекс обернулся на крик товарища, который доносился из подвала. Дверь скрипнула. В дом зашёл йог.
- Па-ма…
- Молчать, - закрыв ладонью рот, сказал Кекс товарищу.
В животе запищало еще сильней, зашипев, Рыжик, выпустив когти, бросился на живот, в котором пищала мышь.
- Су…
- Молчать, - закрыв ладонью рот, сказал Коца товарищу.
1:1.
Центральная лестница, по которой на офисном стуле скакали Тарас и Марь Ванна, вела в школьный двор, имеющий форму буквы «П». Чтобы попасть во двор, нужно было снести огромную дубовую дверь старинной работы, а потом еще пройти «пороги» ступенек крылечка. Марь Ванна сидела на коленях Тараса лицом к лицу. Оба кричали, как оперные певцы, выясняющие, кто из них лучше поёт высокие ноты. Последняя ступенька, двое первоклашек разбежались в стороны, толстый мальчик от удивления съедает пирожок вместе с пакетом, старшеклассник роняет айфон, ворона врезается в столб. Неуправляемое офисное кресло не собиралось останавливаться. Черкнув ногой по асфальту, Тарас заставил кресло резко крутнуться. От неожиданности Марь Ванна чуть не вылетела на асфальт. Тарас успел схватить её за бусы, которые тут же порвались. Пришлось схватить за юбку.
Кресло остановилась, все были целы. Школа, из окон наблюдавшая за происходящим, облегченно выдохнула и тут же беспокойно вдохнула, приложив ладонь ко рту.
Размахивая револьвером, на школьный двор выбежал Эраст Эдуардович.
В подвале зажегся свет. Контраст между заброшенной хижиной и подвалом был впечатляющим. При освещении подвал напоминал волшебную пещеру. Вместо консервации и картошки в подвале были произведения искусств. Высокие до двух метров стеллажи были заставлены статуями, вазами, картинами, фотографиями, резьбой по дереву. Искусство было посвящено одной женщине. Присмотревшись получше, Кекс и Коца с изумлением обнаружили, что изображаемая женщина была им хорошо знакома. Это была Марь Ванна.