Попаданец вспомнил старый разговор со специалистом-историком на предмет тупости предков — ведь карман — это не просто удобно, а еще и безопасно с точки зрения защиты от воров. Ответ специалиста ему не понравился. Оказывается, в те далёкие времена всякая нужная мелочовка была таких размеров, что под неё требовалось что-то повместительнее кармана. Монеты, огниво с кресалом и трутом, шило, запасец ниток и бечёвки для ремонта порвавшегося в пути чего угодно, ложка, запасная фибула или застёжка… да мало ли что может потребоваться в дороге. А в дороге человек оказывался сразу, как только шагнул за ворота своего дома. Если у человека есть дом с воротами. А если он голь перекатная, то всё равно без сумки никак: куда-то нужно складывать подаяние, корки, огниво то же. Это тебе на наше время, когда сунул в карман телефон и банковскую карту — считай, готов к любому приключению.
Денис тогда послушал-послушал их историка и всё равно остался при своём мнении: «Я бы вшил себе карманы, хотя бы для денег и презервативов» Ага, вот тебе ситуация, вшивай хошь карманы, хошь крылья. Но за крылья могут и сжечь, а чтобы карманы пришивать, нужно место, время, материал-инструмент, а самое главное, монеты должны иметься в наличии. Иначе и огород городить незачем.
Ревизия поясной сумки установила, что мобильника у Дениса нет. Зато у него есть монеты, достаточно много. Сказать, какого номинала, материала и чьей чеканки, не представлялось возможным из-за недостаточного освещения. Понять эпоху и государство он всё равно бы не смог, но хотя бы отличить медь от злата-серебра бы у него получилось. А так… Хотя вот эти крупные кругляши наверняка медные, а мелочь, скорее всего мелочь стоит гораздо больше, если применить историческую логику.
Еще одним вариантом опознать эпоху могли быть газеты, если бы в Средневековье их выпускали. Увы, надеяться найти киоск «Русь-печати» или там «Прессы Суздаля» было глупо. Местный интернет формата «самые свежие сплетни» ловит только в звуковом диапазоне и только на торгу, к нему можно подключиться только на самой короткой дистанции, а чужаков в эти времена не любят. В какие «в эти»? Да во все не любят.
Так, а это у него что такое висит? Сначала нащупал правой рукой, а потом выдернул из ножен и поднес к глазам нож, скорее кинжал и явный «холодняк», приятно лежащий в руке. Прямой длинный мощный клинок плавно сходился к жалу и имел обоюдоострую заточку. Насколько острую? Денис привычно поскрёб подушкой большого пальца поперек кромки — щекотало приятно, так как и должно ощущаться хорошо заточенное лезвие ножа.
Если справа кинжал, то слева, ага, нащупал! Слева висело что-то гораздо большего размера. Левая рука придержала ножны, правая потянула вверх и вправо прямой клинок. Память неожиданно подсказала: «Редкий меч паладина, одноручное оружие». В сумраке Денис узнавал оружие из своего инвентаря, он его уже перерос, но всё никак не мог подобрать что-то получше. Блин, то было в игре, а он сейчас в прошлом, какая между этими вселенными может быть связь?
Короче, надо ждать утра, а до того времени… Да, дожидаться утра лучше всего не возле городской стены, тем более не возле непонятного лаза, а еще бы неплохо хоть малость почиститься. Сказано-сделано! Денис стал осторожно пробираться по сумрачным закоулкам неведомого городища, если таким словом можно назвать ту бессистемную мешанину деревянных построек, в которых он блудил. Опять же, какой к чертям собачьим город, когда то тут, то там из-за стен сараев сонное раздаётся подхрюкивание-взблеивание вперемешку с запахами навоза и всякого прочего, чем пахнут животные. В средневековом городе, по мнению Дениса, должно пахнуть ремеслом: металлом, углём, кожевенным производством. Он не знал, чем пахнут мастерские кожемяк и прочих кожевенников, но запах самой выделанной кожи, нравился.
А потом он кое-как выбрался из узких переулков и задумался всерьёз: что говорить, когда спросят. А ведь спросят, причём по-доброму и внимательно, чай увидят не крестьянина забитого, не смерда, а воина в богатой одежде со златом-серебром в мошне, ну с некоей долей вероятности. Опять же могут поинтересоваться, как он в неурочный час за городские стены проник, кто его пустил в ночное время? А тогда говорим, что никто ночью его сквозь запертые ворота не пропускал, тогда он с вечера тут тусит.