— Ты к чему? — Не понял Денис.
— Не просто наёмники заказ исполняли, сам огневик приходил за яйцом. Для себя старался.
— Получается, сам заказчик свой отряд порешил? — Влез в разговор один из дружинников.
— Не обязательно, что весь отряд, вдруг это только часть отряда. Самых беспут аль чужаков убили. А сам чародей со слугами сейчас улепётывает во все лопатки. В любом случае, накидывайте тетивы на луки, сторожиться будем в пути.
И они пошли уже не так беспечно, если так можно сказать про бойцов, в принципе никогда не ведущих себя на расслабоне, на взгляд Дениса. Вон как ходят, тише мыши. А теперь еще кто с луком в руках, кто с топором. Не все в отряде шли опоясанные мечами, кое-кто предпочёл топор, как боярский слуга. Но арбалет, он же самострел имел только Микула.
Да, теперь пожилой дядька и бывший дружинник снова стал Микулой, вполне уважаемым человеком, а не тем бесполезным Микулкой, каким был раньше. Денис не пытался разобраться, отчего это произошло, сам ли слуга показал себя опытным и полезным членом отряда, или на него упал отсвет славы господина. Чего греха таить, после столь успешных переговоров с драконицей, по итогам которых уцелели все, авторитет пришлого боярина поднялся высоко. Маг не маг, но заморский боярин чего-то такое могёт!
После находки четырёх обобранных трупов видимый след в лесу стал читаться похуже, но Ратмира это не смущало, его волшебная чуйка, которую никто за настоящую волшбу не держал, она не давала сбиться с пути. Так что темп отряд не снизил, наплевав на отставших товарищей, ищущих проходимый для коней путь. Человек не лошадь, он везде пройдёт и всё вынесет. А где не сможет пройти, там ползком прошмыгнёт.
Догнать свою жертву хотелось до наступления ночи, тем более что уверенно сказать, насколько старый след не получалось. Все вои видели, что не сильно старые следы, но день или два отделяет их от беглеца, установить не вышло. Сыроват лес для этого, да и враг не ломился лосем. Зато все видели, что человек шёл один. Все, кроме Дениса, но ему было не обидно — иные способности имеются. Поволшебнее, чем умение ходить по лесам.
Ночёвку разбили ранним вечером на большой поляне, невесть как образовавшейся в чаще и засветившейся за деревами слева от их направления. Место удобное, бояться нечего, коли атака с воздуха не планируется, раз военно-воздушными силами противника заключён мир.
Насчёт уместности в лесу поляны — это задолбанец молча недоумевал, не показывая виду, а бойцы моментом смекнули и начали ковырять землю кинжалами. А потом пришёл Микула и пренебрежительно сплюнул на землю, показывая, что он думает про размеры клинков:
— Убирайте свои ковырялки, я сейчас нормальную штуковину достану! — Важно сказал он.
— Ха, доставай уже, Микула! Или ты не про нож сейчас? Ладно, баб нет, хвастайся.
— Зелены вы еще с дядькой Микулой мериться!
После таких пафосных речей он достал из вьюка настоящую лопату, чем вызвал бурный смех у всех. Безжизненная голая земля была им взрыта с какой-то целью под одобрительные выкрики.
— Вот здорово! Будем зараз как князья вечерять!
— Точно, сыпанём целую горсть в котёл, чтоб уши загнулись!
— Но-но, я кулеш портить не дам, накопаем соли в запас.
А теперь в голове Дениса всё стало на свои места. Вот, значит, какие тут полезные ископаемые, солончак у них имеется.
— А ну, не шумим, дружинники! — Вполголоса одёрнул он воинов.
— Чего бояться-то? Волшебник, он хоть и волшебник, а один на нас не попрёт. Небось уматывает, только пятки сверкают. — Возразил кто-то.
— Задолбанец прав. — Воевода тоже начал говорить тише обычного. — Если шуметь не будем, кто-то да выйдет на солонец, следов тут полно. Будет нам приварок.
— Тогда я пошёл? — Один дружинник с луком не стал мешкать, видимо самый охочий до дичины. — Кто со мной?
— Ты и ты ступайте на охоту, а вы двое ищите ручей или лог, лошади толком не поены. И соли пусть кто-нибудь накопает побольше, раз уж наткнулись.
И всё, все при деле, никто не обижен заданием на вечер, даже Дениса и воевода. Пока слуга палатку разбивает, набольшие в отряде люди обихаживают свои транспортные средства. Денис сначала хотел возмутиться, что соль будет с грязью и землёй, а потом плюнул на такую мелочь — варёная грязь, это уже приправа, а если её много, то соус.
Если бы раньше попаданцу кто-то сказал, что среди лесных обитателей найдётся достаточно крупный идиот, который не может заранее почуять толпу народа на солончаке, то он бы не поверил. Да кто попрётся сюда, когда тут тихонечко шебуршится десяток людей, всхрапывают кони, кто-то прищемил себе палец, зачем?