— Микула, так ты лучником был?
— А тож! У меня, боярин, глаз был ух! Бил без промаха за сто шагов, соратники думали, подвораживаю себе в стрельбе, за то и ценили.
Денис понял, что ничего не понял. То есть тут всё ясно, суеверия народные и так далее. Но он вдруг поймал себя на том, что упустил из рассказа нового знакомца какую-то деталюшку размером с коленвал КАМАЗа. Вот! Шутка про некромантов была такая себе, на грани. За неё в принципе и на костёр можно пройтись, а Микула поддержал, не скривился даже. Типа, бывает, но не приветствуется. Это он такой стендапер продвинутый или…? Церковь, что православная, что католическая не любит, когда её монополию на чудо нарушают.
Кстати, а где церковь ближайшая? Он покрутил башкой, ни колоколов не слышно, ни крестов над крышами не видать нигде. Странно. Или он в самом раннем Средневековье, когда с христианством было еще не очень? Это только говорят, что Русь крестили в одиннадцатом веке, на самом деле процесс шёл очень долго и неравномерно, если верить не попам, а учёным. Хотя еще вопрос, кто врёт больше. Нет, в косинус Денис верил истово, а вот доверять историкам его отучили еще в клубе реконструкторов. «История продажная девка капитала!» — говорили тренер и консультант по доспеху и реконструкции быта. Вот кого попасть сюда нужно было, а не Дениса! Он бы быстренько облажал хроноаборигенам всю их бытовуху и сразу доказал, что таких мечей, как у них, не бывает.
Очень продвинутый в их клубе кадр по имени-погонялу Игорян-Магистр имелся. Крутой был в плане исторической науки, как боец не очень. Будет. Раз Денис в прошлом, то всё, что с ним было, оно в далёком будущем. Так что надо сразу себя научить, что он не родился, а родится, Иван Грозный не правил, а БУДЕТ править, что… короче, посыл ясен-красен.
— А что, Микула бывший Остроглаз, а не пойти ли…
— Не пойти ли мне своей дорогой? — С некоей долей обиды закончил речь Дениса Микулька.
— Не угадал ты. Не пойти ли нам подкрепиться пищей телесной?
— Вместе? На твои, боярин?
— Вместе. На мои. И раз челядь моя пропала в неведомом направлении, иди-ка ты ко мне в подручные. А то я смотрю, ты сейчас не шибко делами загружен.
Пользоваться словом «слуга» Денису было немножко стыдно. А то эдак и до подлого сословия договориться можно. А люди все равны изначально, так в школе его учили. С другой стороны, Магистр утверждал, что «подлый человек» обозначает того, кто стоит подле, то есть того самого слугу или подручника. Хрен знает, где правда.
— В услужение кличешь? И пойду, боярин! И-и-и. А куды направимся подкреплять плоть?
— Да хрен его знает! Куда отведёшь, только место выбирай приличное, без урону для моего достоинства.
— Без урону? — Микулька оглядел нового господина. — Да у нас в городе и нет такого, чтоб вашей светлости подходило вот прямо целиком. Поведу в лучшее, а там как изволишь, вашество. Ой!
— Чего «ой»?
— Изволь, боярин, сказать, как будет уместно тебя возглашать перед людьми.
— В ваших землях меня знают как благородного Дениса из Задолбании.
Свою настоящую фамилию Помелов Денис счёл в данных условиях немного неуместной. Не то что он её стеснялся, просто не ко времени она. В буквальном смысле. Тут по ходу в первую очередь величают по личным заслугам. И какую заслугу ему припишут, если он скажет величать себя Денисом Помело. Решат, что за базаром не следит, в смысле языком треплет без толку.
— Вот теперь стало совсем понятно! Родившийся во благо, значит, так удачно уродиться не у каждого получается. Особливо, коли на свет появился под стогом. Поди всем докажи, что стоишь чегось, когда мамка с батькой спины всю жизнь гнули без розгибу. — Микулка не преминул прокомментировать инфу о благородстве своего потенциального нанимателя. — Боярин, а всё ж дюже знать охота, как тебя к нам занесло.
— А уж как мне охота!
— Совсем ничего не помнишь?
— Как попал сюда — совсем. Наваждение какое-то.
— Аж завидки берут, как подумаю, сколько ваше благородство выпило. А можа и в самом деле наваждение. Навели морок и заставили идти куда глаза глядят. Морок спал — а ты туточки. Или перенесли волшбой або магией какой. Только тут дюже сильным должен быть волшебник.
— Магия или волшба? А есть какая-то разница?
— Ну да. Магией у вас там за долами за горами промышляют. А наши волшебством маются. Да как не назови, честный муж предпочтёт железом вдарить. Ты ж не маг, боярин? А то буровлю невесть что про умных да вежественных в волшбе.
— Да как сказать, неопределившийся я.
— Это как?
— Вот ты Остроглазом был просто так или по волшбе?
— Да какая там волшба… Погоди, боярин, а что, бывает такое волшебство?