Было уже далеко за полдень. От продолжительного путешествия на спине осла у главы посольства египетского царя порядком затекла задница. Когда в его голове уже созрело решение устроить привал, шагавший рядом с ним гид почтительно склонил голову, и воздев руку вперед, сообщил:
- Уважаемый! – Заискивающим голосом произнес он. - Видна ли тебе вон та полоска строений на горизонте? Это значит, мы уже приближаемся к стенам Рапикума!
Вопреки его ожиданиям Авимелех оказался не склонен усматривать в этой новости повод к веселью.
- Это радует! – Довольно сдержанно ответил он.
До города оставалось топать еще километров двенадцать – немногим меньше, чем было оставлено за плечами за нынешний дневной переход! Еще будь на пяток лет моложе, Авимелех, пожалуй, проявил бы строптивое упорство, и без остановки провел до самых городских ворот свой отряд. К своим сорока четырем годам он был еще вполне крепким мужчиной, но действительность медленно и неуклонно уже начинала приучать его к предусмотрительной экономии сил. Как говорится в одной шутке, вдруг случится война, а я устал. Потому он остановил свой неказистый транспорт, и без всяких колебаний медленно поднял согнутую в локте руку, давая своим людям отмашку на короткий привал.
Отдохнули, съели по горсти вяленых фиников, допили из походных мехов остатки задохнувшейся воды, и снова в путь.
Как правило, высокие начальники редко отличаются склонностью поддерживать беспредметные разговоры. Особенно с теми, кто по рангу стоит ниже них. Потому Ишиллим, так звали проводника, прикусил язык, и, по-видимому, обиженно молчал в продолжение целых двух часов.
Когда до Рапикума оставалось уже не более полутора километров, Авимелех поинтересовался у нанятого аморея:
- Я так понимаю, от этого города до столицы осталось совсем рукой подать?
- Всего лишь два – три дневных перехода, мой господин. Все будет зависеть от темпа передвижения.
Глава посольства с интересом повернул голову к собеседнику, вперив в того сверху оценивающий взгляд.
Только искушенный ум придворного аристократа был способен усмотреть в замечании по поводу скорости передвижений замаскированный укол.
В эту минуту из хвоста колонны донеслись призывные возгласы. Почуяв неладное, Авимелех принялся разворачивать свое транспортное средство на сто восемьдесят градусов. Дабы предотвратить столкновение с восседавшим на осле начальником, возничий катившейся за ним конной упряжки едва успел замедлить ход лошадей.
- Тпру-у-у!!! – Вскричал он.
Далеко позади по направлению к процессии Авимелеха, оставляя за собою облако пыли, стремительно неслось большое скопление боевых колесниц. Сколько, на глаз сразу и не определить. Может тридцать, может пятьдесят. Судя по общему виду, весьма воинственный споено – спаянный коллектив. Внутренний голос бесцеремонно громко подсказывал ему, что знакомство с этой компанией вряд ли может сулить его окружению хоть что-либо хорошего.
- Кто бы это мог быть? – Внешне спокойным голосом задал вопрос проводнику Авимелех, и проворно слез с осла.
- Варвары из окрестных степей! – Упавшим голосом отвечал тот. – Подозреваю, что касситы. Больше некому!
Нужно понимать, что в плане подготовки к предстоявшему вояжу египетский посланник предварительно успел не один раз довольно плодотворно пообщаться с представителями караванов, бороздивших в те дни просторы Месопотамии. Озвученных бесед оказалось достаточно, что бы сложить если не всеобъемлющее, то вполне адекватное представление о взаимности отношений среди живших по течению Евфрата народов. Потому его решение созрело моментально.
- Освобождайте лошадей! Обрезайте постромки! Быстрее! - Вскричал он резко своим спешенным возницам, и те ускорились. Наблюдая за исполнением своего приказа, вельможа с тоской подумал, что видимо, не суждено ему преподнести в качестве подарка от фараона эти великолепные колесницы вавилонскому царю Самсудитане. Во всяком случае - не в этот раз!
Одновременно с тем худшая половинка души египетского посланника гаденько нашептывала ему на ухо весьма привлекательный, как для такой ситуации вариант действий. Было чертовски заманчиво усадить на один экипаж своего сына, на другой вскочить самому, и без оглядки дать деру в сторону городских стен, очертания которых проступали на горизонте. Во всяком случае, какой-никакой, а шанс на спасение у них был. Но пытаться оторваться от погони на незнакомой местности при помощи колесниц – не самый лучший вариант. При здравом размышлении. Первая же неожиданно встреченная на полном скаку траншея, пылевая линза, или россыпь крупных камней легко способна привести к поломке облегченных колес. Или опрокидыванию экипажа. В любом из вариантов – неминуемые увечья, и пленение беглецов.