— Девочки, я не могу... — мой голос прозвучал слабым протестом, похожим на писк. Я смотрела на своё отражение в зеркале — раскрасневшееся лицо, наполовину уложенные волосы — и чувствовала, как по щекам разливается жар. — Это слишком... Я же не модель, я фотограф. Я буду чувствовать себя не в своей тарелке.
— Молчать! — хором оборвали меня, и в их голосах слышалось не раздражение, а азарт и желание сделать мне хорошо. — Ты забыла? — напомнила Катя, подходя ближе. — Сегодня маскарад! Все будут в масках! Никто никого не узнает с первого взгляда! Так что можно позволить себе всё! Никаких стеснений!
Маскарад... Да, они были правы. Эта мысль стала моим единственным спасением. Под маской, скрывающей моё смущение, я, возможно, смогу позволить себе быть кем-то другим. Более смелой. Более раскованной. Той, кем я была лишь в редкие моменты полной уверенности в себе.
Когда я была полностью готова, я с трудом узнала себя в зеркале. Мои светлые волосы были уложены мягкими волнами и распущены по плечам. На лице — чёрная маска, которая не особо скрывала черты, но добавляла загадочности. И алые губы, точно в тон платью. Я выглядела... как кто-то другой.
Видя, что я всё ещё сомневаюсь, Мира, уже полностью готовая и сверкающая в золотом платье, решительно подошла ко мне.
— Знаешь, что тебе нужно? — сказала она с хитрой улыбкой, не дожидаясь ответа. — У нас ведь есть секретное оружие для полного перевоплощения.
Тут же из недр одного из гигантских чемоданов был извлечён парик. Но не просто парик — а роскошная волна ослепительно-белых, почти платиновых локонов. Когда его аккуратно водрузили поверх моих аккуратно уложенных волос, в зеркале на меня смотрел совсем другой человек. Не Иветта-фотограф в удобных брюках, а загадочная незнакомка в огненном платье.
— Вот видишь? — Лена нанесла последний штрих хайлайтером. — Теперь ты не фотограф. Ты гостья из другой эпохи или сказки. А значит, можешь позволить себе всё.
Может, они и правы? Может, эта ночь, скрытая за тайной масок и сдобренная шампанским, и правда станет для меня особенной? Тем более что завтра мой день рождения, и я могу считать этот вечер подарком себе самой.
Когда мы, наконец, закончили наши приготовления и все девочки прикрепили к лицу маски, наша шумная процессия двинулась в сторону главного здания. Огромный зал сиял в ночи, словно ледяной дворец, залитый изнутри золотистым светом.
Переступив порог, я почувствовала, как дыхание перехватило. Зал был действительно огромным, под высокими сводами кружились белые шары, а гул голосов напоминал отдалённый прибой. Сотни гостей в роскошных костюмах и масках создавали нереальное ощущение, как будто я попала на съёмки гламурного фильма.
Первым делом мы направились в гардероб. Снимая тёплый полушубок, одолженный Юлей, я с сожалением рассталась с последним укрытием. И как только он скрылся в руках гардеробщицы, меня накрыло волной паники.
Платье внезапно показалось невероятно лёгким, почти невесомым, а открытая спина и зона декольте — голыми и уязвимыми. Я то и дело поправляла тонкие шёлковые лямки на плечах, хотя они и не спадали. Мне казалось, что каждый мой шаг грозит тем, что вся эта воздушная конструкция решит покинуть меня в самый неподходящий момент.
Мы пробились к длинному столу с напитками, сверкающему бокалами и бутылками. Я машинально потянулась за бокалом с шампанским, надеясь, что он придаст хоть каплю уверенности, но тут ко мне подошла Мира.
Она взяла меня за локоть и мягко, но настойчиво отвела в сторону, подальше от всеобщего шума. Её маска скрывала половину лица, но я отлично видела её серьёзный, даже строгий взгляд.
— Ив, — сказала она тихо, но очень чётко, чтобы я расслышала сквозь музыку. — Слушай меня внимательно, потому что это важно. Хватит его поправлять.
Я растерянно моргнула. — Что? — Платье, — она кивнула в сторону моих рук, которые снова потянулись к лямкам. — Оно сидит на тебе идеально. Оно не упадёт. Но ты сейчас вся сжалась в комок, и по тебе видно, что ты готова провалиться сквозь землю от стеснения. Ты красивее половины девушек в этом зале, а ведёшь себя так, будто пришла на экзамен в пижаме.