Зачем она вообще об этом думает? Крис тряхнула головой и снова прислушалась к шагам за дверью.
Крейзи, наверное, сейчас делают операцию. Мысли текли какие-то заторможенные, как сонные рыбы. Кто стрелял? Что за идиот прокрался и испортил все, что только мог?
Крис вдруг медленно выпрямилась, пораженная догадкой. Юлик аж вздрогнул, когда увидел, как и без того бледное лицо сестры стало почти одного цвета со стеной. А по щекам потекли слезы.
– Ты чего? – спросил он и быстро посмотрел на Дарину, но та как раз негромко о чем-то разговаривала с родителями Крейзи.
– Тихо, – Крис приложила палец к губам, потом наклонилась к брату и прошептала ему на ухо: – Стрелял тот… ну, поклонник.
– Ты уверена?
– А кто еще? – Крис глядела на брата, и тому почти физически становилось плохо от боли, плескавшейся в зеленых глазах.
– Я ему сказала, что выхожу замуж. После этого он резко пропал. Юлик… – она тихо всхлипнула и зажала рот рукой, чтобы не сорваться на новую истерику.
– Спокойно, – брат соображал более трезво. – Ты это… ты, главное, верь, что все будет нормально. Ему же не в голову попали, а в бок, в правый. Хотя если задели легкое…
Тут он замолчал, чтобы не сболтнуть лишнего. Но в принципе уже было все равно: Кристина обмирала от мыслей о собственной вине. Из-за нее Крейзи сейчас там лежит и мучается. А вдруг, вдруг случится то, о чем она даже боится подумать?
– Нет, нет, нет! – она вскрикнула и схватилась руками за голову, желая изгнать ужасные мысли. Все тут же посмотрели на нее.
– Кристина, детка, что? – мама Романа с испугом глядела на девушку, словно ждала, что та упадет в обморок или закричит.
– Все нормально, – Юлик буквально силой заставил сестру опустить руки. – Она просто впечатлительная.
– Да, – пробормотала Крис. – Переживаю. Почему они так долго?!
– Нормально, – Дарина сочувствующе смотрела на подругу. – Пока вытащат, почистят.
– Может, поедешь домой? – спросил отец Романа. – Ты такая бледная.
Кристина вместо ответа обеими руками вцепилась в скамейку. И снова уставилась на дверь.
– Я не пойду никуда. Я останусь здесь до утра.
– Ну до утра нас вряд ли оставят, – вздохнула мама Романа. – Это если в реанимацию кладут.
Крис шумно выдохнула и твердо решила не плакать. Все будет хорошо, если напевать это как мантру, то, может, станет легче?
Она как раз в миллионный раз произносила это мысленно и одновременно чуть раскачивалась на скамейке, когда дверь в приемный покой открылась, и вошел какой-то доктор. Оглядевшись, он направился к их компании.
– Это вы ждете результатов операции Соловьева?
– Да!
Родители Крейзи встали, а Крис пискнула и поняла, что еще немного – и она упадет в обморок. Или накинется на врача с криками и просьбами сказать, что с ее женихом.
– Вставай, – Юлик легко вздернул сестру на ноги.
Дарина с тревогой косилась то на врача, то на Крис. Родители Романа уже наперебой спрашивали доктора, а тот устало кивал и, наконец, проговорил:
– Роман Андреевич сейчас лежит в палате интенсивной терапии, он потерял много крови. Думаю, завтра к вечеру переведем его в обычную палату. Пулю мы вытащили…
Кристина слушала все это, и постепенно что-то черное и тяжелое становилось все прозрачнее и легче. Оказалось, что пуля попала в правый бок, сломала ребро и прошла навылет. Окружающим еще повезло, что никого больше не задело. Ну а сам Крейзи, по словам врача, просто в рубашке родился. Видимо, тот, кто стрелял, сильно нервничал и не был профессионалом. Иначе так просто байкер не отделался бы.
– Мама, – Кристина еле смогла выговорить слова в телефон. – Все нормально. Ну как нормально, Ромка в реанимации до завтра, крови много потерял. Передай папе, ага. Я? Я тоже нормально. Мы все нормально. Да, да. Ага. Нет, я тут останусь, не поеду домой. Сейчас полиция еще приедет. Я позвоню обязательно. Ага, пока.
– Кристина, езжай домой, отдохни, – попыталась воззвать к благоразумию мать Романа. Девушка только покачала головой.
– Даже не подумаю.
– Но он же в порядке, отдыхает. И мы здесь будем.
– Я тоже останусь, – стояла на своем Крис. – Он скоро очнется, а меня нет. Я не согласна на такое, ясно?
В общем, спустя двадцать минут стало понятно, что Кристину уговаривать бесполезно. Она стояла на своем и уже начинала злиться. Так что пришлось отступить и разрешить ей остаться. Юлика с Дариной отправили домой.
– Мы с утра вернемся, – Парень обнял сестру.