Она погрозила пальцем Насте, которая порывалась что-то сказать.
– Не-а, мне на сегодня хватит новостей. Дальше мы сами. Дарина, я тебе позвоню.
И они ушли. Остальные только смотрели вслед. Айс, правда, бубнил что-то себе под нос. Но потом получил по ребрам от высокого широкоплечего шатена, охнул и замолчал, видно, принялся строить планы мести.
– Дарин, ты идешь?
– М-м-м? – девушка с трудом перевела взгляд на Юлиана. – Куда?
– В клуб, – обрадовал ее рыжий. – Потом всей толпой пойдем гулять. Со всеми познакомлю.
– Это с ними, что ли? – Дарина кивнула в сторону удаляющейся в сторону клуба компании. Причем Настя то и дело с тревогой оглядывалась, чем неимоверно бесила. Дарина давно взяла за правило: в чужую жизнь не лезть. И не понимала, зачем остальные с упоением это правило нарушают.
– А что не так? – не понял Юлиан.
Кристина чуть притормозила в стороне и навострила уши. При этом она сделала вид, что ей крайне необходимо здесь и сейчас поцеловать Романа. Тот, конечно же, не стал сопротивляться.
– Что не устраивает? Твоя компания только что с топотом и воплями влезла в чужую жизнь.
– Кто влез? Я тоже слышал про эту историю, правильно Настя сделала.
– Правильно? – Дарина стала походить на выгнувшую спину кошку. – Правильно, твою медь, на весь клуб орать, что какой-то парень убийца и извращенец?
– Но он правда немного с прибабахом.
– И что? А более деликатно можно было это сказать? Ты вообще знаешь, какой для Лильки шаг – завести новые отношения с мужчиной? Да она после отца Леськи два года от мужчин шарахалась!
– Вот вечно вы, бабы, преувеличиваете, – сообщил Юлиан, раздраженный тем, что на него не обращают должного внимания. – Чуть поругались, разошлись – и все, апокалипсис местного масштаба, клеймение всех мужчин и тому подобное. Проще относитесь, а? Вот как мы, например: познакомились, потрахались, сошлось – не сошлось, а дальше как получится.
Роман дернулся и недовольно зашипел, так как Кристина досадливо укусила его за губу, услыхав фразу брата. По ее мнению, Юлику не следовало говорить такое девушке. Но темперамент братца уже все решил за всех. Парень так надеялся, что Дарина оценит сюрприз, согласится с ним остаться и так далее, что теперь не скрывал раздражения.
– О! – Дарина стала очень задумчивой. – Спасибо тебе, великий, что прочел мне краткий курс сексологии с мужской точки зрения.
– Не пытайся меня обвинить!
– В чем? Я прекрасно осведомлена о подобных мужских взглядах. Более того, я с ними сталкивалась! Спасибо за концерт, Юлиан, но я пойду. Мне надо побыть одной.
– Или с папиком?
– Ты можешь думать все что угодно.
Дарина с трудом удерживалась, чтобы не залепить парню пощечину. Ничего, жизнь под одной крышей с Олегом научила терпению. Так что, отвернувшись, она не спеша стала удаляться от клуба. Юлик дернулся вслед за ней, понимая, что обидел.
– Дарина, стой!
Она даже не обернулась. Парень крикнул еще пару раз, а потом рявкнул вслед:
– Ну и ладно! Поругались как идиоты!
После чего развернулся и наткнулся на взгляды Кристины и Крейзи. Первая смотрела с укоризной, а второй – с искренним интересом. Мол, неужели этот идиот скоро станет моим родственником?
– Что?!
– Ничего, – Крейзи подтянул к себе поближе Кристину. – Стоим, воздухом дышим, летом наслаждаемся. Ты куда?
– В гримерку! – гаркнул рыжий. – Хрень с лица до конца не смыл.
– Не только с лица, – пробормотал Роман. Юлик с подозрением на него покосился:
– Ты о чем?
– Иди в гримерку, – отозвалась Кристина. – А то на тебя люди оборачиваются.
Юлиан постоял еще полминуты, словно размышляя, не вступить ли в словесную полемику с обоими. Но потом плюнул и ушел. Протолкался сквозь толпу, внимавшую очередной группе, и удрал за сцену. Здесь был короткий узкий коридор, из него выходило три двери: в кладовую, гримерку и туалет.
Юлик ворвался в гримерку, от всей своей буйной души хлопнув дверью. Так что два сидевших тут же музыканта подпрыгнули и дружно уставились на встрепанного красноволосого солиста с диким блеском в глазах.
– Все нормально?
– Зашибись, – Юлик плюхнулся на продавленный диван и уставился в никуда. Точнее – на пустую бутылку из-под кока-колы, валявшуюся на полу.
Флюиды возмущения, идущие от него, оказались настолько сильными, что остальные в гримерке почувствовали себя неуютно. И, тихо поболтав еще минуты три, решили удрать в зал, послушать коллег.
А Юлиан злился. Нет, он понимал, что не следовало срываться и говорить лишнего, но и поделать со своим темпераментом ничего не мог. Он бесился оттого, что Дарина предпочла переживать за подругу, а не остаться с ним. Представил, что сейчас она, расстроенная, пойдет к тому мужику. И вдруг он воспользуется моментом? Юлик отлично знал такие вот «моменты».