– Сделаем, – кивнул Макс. – Я помогу.
Уже на выходе из офиса Дарина вдруг осознала, что с плеч словно свалился Эверест. Она и до этого понимала, что ситуация не такая, какой ее описал Вадим Сергеевич. Но после разговора с Максом ей окончательно стало легко и хорошо.
На радостях позвонила Лильке и позвала на концерт близнецов, который должен был состояться в эту субботу. В честь дня рождения школы паркура. Подруга обещала подумать.
Потом Дарина решила набрать мамин номер. Слова Вадима Сергеевича подтвердились: Олег продавал свой бизнес и начинал искать другую работу. В голосе матери Дарка расслышала даже некое удовлетворение: Евгения Осиповна всегда считала, что мужу лучше трудиться в более надежном месте, тем более Олег все равно так и не смог толком разобраться в правильном ведении подобного бизнеса.
– И, наверное, мы пока не сможем платить за твою учебу, Даринка. Не знаю даже, что делать. Может, попробуешь перевестись на бюджет?
– По этому поводу даже не думай. Я написала папе, и он уже перечислил необходимую сумму. А через год я сама смогу оплачивать.
Поболтав еще немного и пообещав в ближайшее время заехать в гости, Дарина кинула телефон в сумку, подняла голову и с некоторым удивлением увидела идущего навстречу Алариса.
– Привет, – по-английски поздоровалась с парнем. Тот с улыбкой кивнул в ответ.
И снова по спине, несмотря на дневной зной, пробежались холодные мурашки. Вроде Аларис неплохой парень, с Лилькой вон общий язык нашел, вежливый, но в глубине души все сжимается от чуть заметного то ли страха, то ли его предвкушения. Это все равно что смотреть на ручную пуму. Вроде домашняя, но когти и зубы никуда не делись, может и цапнуть.
– Гуляешь? – знаний английского языка Дарины хватало на крайне простые фразы. К тому же она подозревала, что ее произношение оставляет желать лучшего.
– Хочу сделать несколько фотографий, – Аларис снял с плеча увесистый с виду футляр. Оттуда достал большой фотоаппарат с большим объективом.
– Оу, – Дарина проглотила завистливую слюну: она тоже любила фотографировать, но на «мыльницу» получалось не так хорошо, как хотелось бы.
Парень, заметив интерес в глазах знакомой, показал ей несколько фотографий. Конечно, на небольшом экране сложно было разглядеть подробности, но Дарине все равно понравилось.
– Где такое место? – она едва не тыкалась носом в экран, на котором зеленая веточка казалась живой. За ней туманными очертаниями проступал город. А на листьях дрожали сверкающие капли, вряд ли роса, скорее – от поливальной машины или фонтана.
– Там… – Аларис неопределенно махнул рукой куда-то себе за спину. – Красиво?
– Очень. Ты мастер. А где Лиля?
– С дочкой, – парень выговаривал фразы медленно и тщательно, чтобы Дарина его понимала. – Со мной она ее пока не хочет знакомить.
– Все впереди, – успокоила его Дарка. – Вы придете на концерт?
– К тем близнецам? Они хорошо поют. И девушка красивая.
– У тебя Лиля есть.
– Я говорю как ценитель, – Аларис убрал фотоаппарат в футляр. – С ней что-то случится. Такие притягивают безумцев.
Дарина недоверчиво покосилась на него. Парень все же казался ей странноватым.
– Странно говоришь.
– Нет, – Аларис улыбнулся чуть грустно, и сердце у Дарины на миг сжалось. – Я один из них… был. Когда-то. Ее талант притягивает.
Ничего не поняв, Дарина поспешила распрощаться и практически побежала к остановке.
«Блин, надо Лильке намекнуть, что он с приветом, – Дарина запрыгнула в автобус, жаркий и душный. – Возомнил себя ясновидящим. Ему, наверное, Крис понравилась, вот и решил выпендриться, в надежде, что я ей расскажу. И как минимум привлеку ее внимание к нему».
Может быть, она и рассказала бы Кристине про Алариса, но, доехав до дома, просто забыла обо всем. Потому что ее тут же подхватил суматошный вихрь, состоявший из Князевых.
Близнецы репетировали, так что гараж трясся от музыки. Бабушки-дедушки возжелали общения с новой невесткой. Оля тоже хотела поболтать, а Мирка вообще заявила, что беременна. Точнее, об этом сказал ветеринар.
– Ути, зайка, – Оля на радостях принялась обнимать ошалевшую кошку. – Мы с тобой подруги по счастью, да?
– Мэк, – сообщила кошка, которой не нравилось, что ее мнут.
Глава двадцатая
Сначала в сон прокралось непонятное рычание. Оно немедленно приняло облик чего-то лохматого, а затем раздался женский визг и какой-то грохот. Дарина тут же проснулась и поняла, что сидит на кровати и нервно прижимает к себе одеяло.
– Бли-и-ин! – рядом послышалось ворчание. Юлик спрятал голову под подушку и невнятно пробормотал какое-то ругательство.