Кое-как съехав по склону на пятой точке, шагаю по сугробам.
– Вы в порядке?
В порядке? Ты дура, Оль? Что за идиотский вопрос. Конечно, не в порядке.
Джинсы. Футболка. И это в минус семнадцать!
– Вы меня слышите? – добираюсь до владельца мерседеса, но он на моё приближение никак не реагирует. То ли в отключке, то ли…
Нет-нет-нет!
Стянув варежку, дрожащими пальцами нащупываю на шее нужное место. Замираю в ожидании приговора. С нескрываемым облегчением выдыхаю. Пульс есть. Это главное!
– Сейчас.
Достаю телефон. В мозгу настойчиво резонирует: срочно вызывай скорую, Оля! Но глядя на мёртвый чёрный экран телефона, я внезапно вспоминаю о том, что мой допотопный гаджет сдох ещё там, в Ипантеевке, по традиции разрядившись.
– Чёрт… – поднимаю взгляд.
Самой мне его вверх по склону ни за что в жизни не затащить. Разве что если в обход пойдём налево. Так получится наверное.
Ага, куда там!
Пытаюсь поднять его, однако у меня ничего не выходит.
– Эй… – настырно тормошу пострадавшего, и он что-то мычит в ответ. – Вы меня слышите? – повторяю попугаем.
Молодой вроде. Сгущающиеся сумерки и последствия нанесённых побоев толком не дают рассмотреть его лицо.
– Нам надо идти. Очнись! Сама я не смогу. Ты должен помочь мне, – прошу отчаянно. Трясёт всю. Кровь в ушах грохочет от нервного перенапряжения. – Попробуем встать? Вдвоём мы справимся. Попробуем, м?
Когда вижу, что он едва заметно кивает и переворачивается на бок, прямо-таки ощущаю открывшееся второе дыхание.
– Так. Приготовились. И раз, и два!
Первая попытка не задаётся, а вот последующая оказывается успешной.
– Отлично, – закидываю его руку на себя. – Стоим.
Шатает. Ведёт. Стараюсь держаться ровно, и это нереально тяжело, если принять во внимание тот факт, что я дрыщ и слабачка. – Идём, – командую уверенно.
Клянусь, это самая сложная полоса препятствий за неполные восемнадцать лет моей жизни. Высокие деревья кажутся бесконечными. Ноги то и дело вязнут в глубоких сугробах.
Когда за ветками маячит дорога, не верю собственным глазам.
– Почти победа, – сообщаю, тяжело дыша. И тут же ощутив давление на левую часть своего тела, заваливаюсь, теряя равновесие.
Падаем.
Понимаю, что мой напарник отключился. А ещё вдруг понимаю, что он в одних носках.
Ну какие сволочи! Совсем с ума сошли? Забрать даже обувь!
На четвереньках выползаю из леса, встаю и бегу в обратном направлении. Не без заминки отыскав своё добро, быстро отвязываю ёлку и спихиваю её с саней. Тащу их до незнакомца, лежащего на припорошенной снегом земле. Не без труда сажаю его туда. Расстёгиваю пуговицы на дублёнке. Снимаю её с себя, одеваю на парня. Тот ещё квест… Вязаным шарфом заматываю ноги. Ледяные ладони прячу в варежки.
Какая удача, что я имею глупую привычку носить второй комплект. Ведь одну пару вечно где-то теряю.
– Готово. Поехали! – дёргаю сани вслед за собой.
Ледяной ветер. Буран.
Очень холодно. Два шерстяных свитера – это ни о чём в такую непогоду, но умом осознаю, что парню тепло сейчас нужнее. Дед неоднократно в красках рассказывал о том, чем чревато переохлаждение. Там ведь могут начаться необратимые процессы, чего крайне не хотелось бы…
А вот и брошенная машина. Выбиты стёкла, разбиты фары, множество вмятин на кузове. Двери распахнуты. В салон намело снега.
Искренне жаль автомобиль, но сейчас куда важнее спасти пострадавшего из-за него человека. По этой причине иду мимо, хоть и мелькает мысль о том, что в мерседесе могут находиться документы, позволяющие установить личность хозяина.
– Раз-два, вперёд! – завожу мотивационно. Не так-то просто, оказывается, катать на санях кого-то потяжелее ёлочки.
Стиснув челюсти, упрямо шагаю по направлению к Загадаево. За поворотом уже виднеются огоньки домов. Люди вовсю готовятся к предстоящему празднику. Режут салаты, украшают ёлку. Вроде и рукой подать, но как же, чёрт возьми, далеко!
Замёрзла, словно цуцик. Зуб на зуб не попадает. Из-за метели не видно ни зги. Только на мерцающие огоньки и ориентируюсь.
Давай, Миронова, давай! Не помрём мы вот так, по чьей-то прихоти!
Боевой настрой помогает пройти ещё немного. А вот дальше вновь начинаются сложности. Небольшой подъём – и это сейчас прямо-таки катастрофа вселенского масштаба.
Я тащу сани вверх, но потом вслед за ними скатываюсь вниз. Один раз. Второй. Третий. Безуспешно.
Падает пакет. Апельсины разбегаются по сторонам, яркими пятнами выделяясь на белоснежном покрывале.
Всё! Не могу больше!