К дому мы подъезжаем слишком быстро. Я бы еще покатался. Но знаю, что без меня никто Марту в подвал не поведет. Может, стоило дать ей немного больше времени, чтобы помучилась в ожидании казни?
Выйдя из машины, наблюдаю за тем, как Руслан сопровождает Марту к дому. Крепко сжимаю челюсти от ярости на нее за то, что опять повелся. Начал сомневаться, что она замешана в этом дерьме. Но, если мои подозрения подтвердятся, то она не просто замешана, а действительно является одним из звеньев цепи.
Подхожу ближе и останавливаюсь рядом, но на Марту не смотрю. Боковым зрением вижу, что она пытается поймать мой взгляд. Только вот я уже на эту хрень не ведусь. Хватит.
– Отвезли телефон Гордею? – спрашиваю Руслана, а он кивает. – Ее в подвал. Я сейчас буду.
– Илья, – произносит Марта дрожащим голосом. – Илюш, – зовет, когда Руслан начинает тащить ее ко входу. – Да посмотри ты на меня! – выкрикивает.
Я отворачиваюсь от двери и, достав сигареты, закуриваю. Вдохи тяжелые. Горький дым режет горло. На языке мерзкий привкус. Но это даже не сигареты дают такой эффект, а то, что я буду вынужден допрашивать девушку, от которой так сильно рвало крышу еще год назад. Ту, которую я хотел сделать своей женой. Матерью моих детей. Громовой, в конце концов!
– Илья Матвеевич, машину убирать? – спрашивает Вадим, подойдя ближе.
– Пока не надо. Пусть под утро вас кто-то сменит, а машины оставляй. Может, еще куда-то надо будет съездить.
– Понял, – кивает он и, отойдя, что-то говорит еще одному громиле.
Они садятся в машины и отгоняют те чуть подальше от крыльца. Но не выгоняют со двора, чтобы при необходимости можно было быстро выехать.
– Закрывай пока ворота! – покинув машину, выкрикивает Вадим.
Докурив, тушу окурок в пепельнице, а потом вздыхаю и иду в дом. Сразу к подвалу, где меня ждет моя пленница. Не знаю, чем закончится этот допрос, но я настроен решительно.
Глава 16
Марта
– Оставь нас, – говорит Илья, появляясь в подвале.
Коротко кивнув, Руслан выходит, а через несколько секунд я слышу щелчок двери вверху.
Переминаюсь с ноги на ногу. Вроде как сейчас самое время раскрыть все карты. Но как подумаю, что моя сестра может поплатиться за мою доверчивость и недальновидность, начинает подташнивать.
Я знаю точно, что могу доверять Илье. Но сам факт того, что я его опять обманула, может сыграть мне не во благо. Он и так в ярости. Если я добавлю к этому дополнительные поводы, то он может наплевать на ту, что так дорога мне.
– Илья, давай поговорим, – прошу его.
– Мы здесь именно для этого, – отзывается он сухим тоном. – Садись, Марта, – приказывает, а сам берет с сидушки стула нож и садится. Закидывает лодыжку на колено и крутит нож в пальцах так проворно, что я невольно засматриваюсь. – Рассказывай, – отдает команду и поднимает на меня нечитаемый взгляд.
Все Громовы обладают такой суперспособностью. Или почти все. Они умеют смотреть так, что невольно ощущаешь себя пустым местом. Ничего не значащим эпизодом в их жизни. Ничтожной песчинкой на их ботинке.
Сглотнув, прочищаю горло.
– Я не понимаю, за что ты на меня злишься, – произношу и сама едва верю в свои слова. – Ты что-то придумал и решил, будто в этом замешана я. Эта Татьяна… она же сказала тебе, что мы не знакомы. Ладно ты мне больше не веришь. Но ей-то ты поверил!
– Ее слова еще проверят, – ледяным тоном отзывается Громов. – Лучше расскажи мне о заказчике.
– Каком заказчике?! – взрываюсь. – Мой единственный заказчик – это Новиков! Он нанял меня помочь отыскать похищенную корону! Все!
– Знаешь, на чем ты каждый раз сыплешься, Марта? – спрашивает он и слегка приподнимает бровь. Я молчу, сжав губы в тонкую линию. – Ты всегда лезешь в гущу событий. Ты не умеешь быть серым кардиналом, поэтому подставляешься. А знаешь, что выдает тебя? Что выдало в этот раз.
– Илья…
– Твое лицо, – перебивает он. – Ты бледнела, краснела, смотрела на Татьяну испуганно. Я по твоему лицу прочитал больше, чем по ее словам. И даю руку на отсечение, что ты писала те сообщения Татьяне со своего телефона.
Такую ошибку я бы никогда не совершила. Илья все еще недооценивает меня. Я не настолько глупа, чтобы так по-идиотски подставиться.
– Илья, услышь меня. Я не участвовала в похищении короны, – усталым голосом произношу я.
– Тогда откуда такая бурная реакция на слова Татьяны? Особенно в момент, когда я спросил, знает ли она тебя. Ты бы видела свое лицо.
Он впивается в меня взглядом, а я чувствую, как от моих щек отливает кровь. Тут Илья прав. На моем лице написано больше, чем я хотела бы открывать собеседнику. И я бы с радостью вела честный образ жизни, только вот обстоятельства не всегда позволяют.