– Громов, – цедит он сквозь зубы, и его лицо перекашивает гримаса ярости. – Через минуту здесь будут мои люди и положат твоих молодцов.
– Предложите Максиму Алексеевичу присесть, – говорю своим бойцам. – Негоже мужчину почтенного возраста держать на ногах.
– Ты меня слышал? – повторяет Родимский.
– Слышал, Максим Алексеевич, – киваю.
Бойцы усаживают его в кресло, а сами остаются за спинкой. Рядом с нами встает Руслан, а справа от Марты – еще один громила.
– Все остальные во двор, – командует мой безопасник. – Встречайте бойцов Максима Алексеевича. По возможности без жертв.
Кивнув, громилы выходят из дома, оставляя нас в гостиной.
– Максим Алексеевич, мы буквально на минутку заскочили, – говорю, впиваясь взглядом в хозяина дома. – Впрочем, продолжительность нашего визита целиком и полностью зависит от вашей сговорчивости. Я задам вам вопрос, вы на него ответите, и мы уедем.
– А если не отвечу? – спрашивает он, глядя на меня с прищуром. В уголках глаз собираются морщины, еще сильнее подчеркивая почтенный возраст Родимского.
– А если нет, будем разговаривать уже не так вежливо.
– Ты без оружия, – говорит он.
– Я не люблю его. Но если возникнет необходимость, поверьте, я найду как и чем убить человека. Или вы указали на это только для поддержания беседы? Что ж, тогда я должен похвалить ваш вкус и отметить прекрасные картины на стене, – машу рукой себе за спину. – Роден особенно хорош.
– Хватит цирков, – цедит хозяин дома. – Что ты хотел спросить?
– Кто заказчик похищения короны Габсбургов из ячейки банка?
– Какой еще короны? – хмурится Родимский.
Будь у меня поменьше опыта общения с разного рода людьми и в чтении мимики, я бы даже повелся на легкую удивленность в его выражении лица и тоне. Играет он и правда убедительно. Но такая уж у него работа. Если не научился врать, в профессии ему не выжить. Так что я буду опираться только на факты.
– Той самой, похищение которой вы организовали. Той самой, которая была искусно украдена из ячейки банка. Той самой…
– Украденной короны, которая была украдена еще до того, как была помещена в ячейку?
Я усмехаюсь.
– Вот видите, вы проинформированы лучше, чем я думал. Кто заказчик?
– Понятия не имею, – отвечает Родимский и тянется к маленькому столику справа. Мой боец тычет в его кисть дулом пистолета. – Спокойно, я только хочу взять трубку.
Киваю, чтобы охранник сам подал ему лежащую на столе трубку и табак в коробочке.
Родимский отточенными движениями забивает трубку, ему передают спички, которыми он прикуривает. После этого хозяин дома откидывается в кресле и, забросив ногу на ногу, пускает дым, сквозь который смотрит на меня.
– Около полугода назад, ко мне в дом явилось прелестное создание, – начинает Родимский, переводя взгляд на Марту. Я слышу, как во дворе начинается возня. Крики, удары, но выстрелов, к счастью, нет. – Она пришла просить меня помочь похитить некую вещь из ячейки банка. Я не уточнял, какую именно.
– Давайте ближе к правде, – отзываюсь напряженно, а Родимский усмехается, глядя на меня.
– Я много слышал о тебе, Илья Громов. И о твоей проницательности. До сих пор удивляюсь, как настолько молодой человек может так хорошо разбираться в людях.
– Дальше о короне, – сухо произношу я.
– Да, о ней, – со вздохом отзывается Родимский. – Я, конечно, потом навел справки, что там лежит. Ты знаешь, я человек почтенного возраста. Да и репутация у меня. – Опять хмыкаю. Репутация у него. Какая? Вора? – В общем, я не могу вслепую идти на дело. Короче, узнал, кто, что, кому. Девочка тоже поделилась некоторыми подробностями. В общем, она попросила, я помог. Не бесплатно, конечно. Мне уже не пятнадцать, чтобы работать за идею.
Я опять чувствую себя странно. Знаю ведь уже, что эта “девочка”, как ее назвал Родимский, – Марта. А все равно до последнего питаю надежду, что ошибаюсь. А на нее он поглядывает просто потому, что она привлекает внимание.
– Так кто заказчик? – задаю вопрос и, хмурясь, жду ответа.
– А ты у нее спроси, – кивает Родимский на Марту.
В этот момент происходит то, чего никто не ожидал. В дом вламываются безопасники мои и Родимского, он вскидывает руку, но тут Марта выхватывает из руки стоящего возле нее безопасника волыну и, щелкнув затвором, выпускает пулю прямо в грудак Родимского.
Ее тут же скручивают, а я подлетаю к вору, который начинает оседать в кресле и роняет на пол свою трубку. Хватаю его за подбородок.
– Кто заказчик?! – выкрикиваю.
– Девочку… – хрипит он. – Спроси. Меткая… сука, – добавляет и отъезжает.