– А я и не осуждаю, – ответил он, слегка тряхнув головой, и снова повернулся лицом к парням, которые выпускали по банкам пулю за пулей. – Меня смущает не столько твое прошлое, сколько то, что ты его скрыла от моего сына.
– Мы с Ильей сами разберемся со своими проблемами, – произнесла, сверля взглядом профиль отца моего жениха.
– Несомненно, – кивнул Матвей Алексеевич. – Именно поэтому я сейчас разговариваю с тобой, а не с ним. Даю тебе два месяца на то, чтобы обсудить с Ильей свое прошлое. Если ты этого не сделаешь, он все узнает от меня. И тогда я не ручаюсь за его реакцию и будущее ваших отношений. Так что, Марта, следующий ход за тобой. – Он повернул голову и снова прошил меня пронзительным фирменным Громовским взглядом, от которого в жилах стынет кровь. – И не пытайся играть со мной в игры, – обманчиво спокойным голосом сказал отец Ильи. – Я выиграю. Всегда выигрываю, – добавил он и отошел.
– И ты решила ничего мне не рассказывать, – говорит Илья, хмуро глядя на меня.
– В таком признаться очень непросто. А потом еще и эта ситуация с конкурентом моего начальника. На меня надавили. Запугали. Использовали Карину, чтобы наверняка обеспечить мою помощь в том деле.
– Ты могла прийти ко мне! – рявкает Илья так, что я вздрагиваю. – Рассказать все и спрятаться за меня! Ты же знаешь, что я и моя семья не простые бесполезные клерки! Нет! Ты предпочла…
– Оградить тебя и сестру от проблем! – выкрикиваю, перебивая его. – Я думала, что заберу Каришу, а потом смогу прийти к тебе и все рассказать.
– Так почему не пришла?
Опускаю голову и крепко зажмуриваюсь.
– Потому что, – отвечаю тихо, – не смогла. Потому что предала тебя.
– Удивительно, что ты вообще это осознала, – иронично замечает Илья, а я, подняв голову, прошиваю его взглядом.
– Я понимаю твой сарказм, – киваю. – И я заслужила его. Не жду, что ты поймешь меня и примешь мой поступок.
– А чего ждешь, Марта?
Снова опускаю голову и, прикрыв глаза, качаю головой.
– Ничего уже не жду, – отзываюсь еле слышно.
Мне кажется, я так глубоко погрязла во всем этом, что мне уже не выбраться. Вон до чего дошло. Даже человека почти убила. Мерзкого подонка, но все же.
Я как будто каждый раз захожу все дальше. Есть риск, что совсем скоро любое преступление для меня станет нормой. Я смогу убивать людей, воровать, похищать, подставлять, даже не моргнув глазом. И, откровенно говоря, меня пугает то, как быстро стираются мои границы.
Слышу, как Илья разворачивается и идет на выход.
Подскочив, бросаюсь за ним следом.
– Илья! – выкрикиваю и хватаю его за руку. – Не закрывай меня здесь! Отпусти меня! Я нужна сестре! Пожалуйста.
Громов поворачивает голову и с брезгливым выражением лица окидывает меня взглядом.
– Поешь, – коротко приказывает он.
Стряхнув меня со своей руки, словно нашкодившего котенка, Илья быстро поднимается по лестнице, а через секунду я слышу, как наверху хлопает дверь.
Падаю на колени и, спрятав лицо в ладонях, рычу. Из меня вырываются злые слезы. Горькие. Они прожигают глаза, а легкие горят от недостатка кислорода.
Реву, словно разъяренный, раненный зверь.
Гребаные мужчины! Каждый считает, что вправе решать за меня!
Вскочив на ноги, взбегаю по лестнице и начинаю колотить по двери кулаками.
– Илья! Выпусти меня немедленно! – ору, срывая голос. – Ты не имеешь права держать меня здесь! Я все тебе рассказала! Громов, черт тебя подери! Выпусти!
В ответ кто-то бьет по двери, и раздается такой грохот, что я отскакиваю от нее, а потом, пошатнувшись, оступаюсь. Лечу по ступенькам вниз и падаю так, что моя нога неестественно выворачивается, и я слышу мерзкий хруст.
Ногу прошивает адская боль, а изо рта вырывается дикий вой.
Глава 24
Илья
Как только покидаю подвал, киваю охраннику на дверь.
– Ты остаешься здесь. Не выпускать.
– Хорошо, Илья Матвеевич.
Выхожу из кабинета, доставая по дороге телефон из внутреннего кармана пиджака. Сразу набираю отца.
– Доброе утро, сын, – отвечает на пятом гудке.
– Есть разговор, – коротко произношу я.
– Я дома, приезжай, – отзывается отец уже не таким легким тоном. Видимо, по моему понял, что дело серьезное.
– Скоро буду. Руслан, – зову своего безопасника, который наверняка тусуется на кухне. Он каждый раз улучает момент, чтобы выпить кофе.
– Я здесь, – отзывается, появляясь с чашкой, от которой поднимается пар.