Загадка гибели затерянного Предка

ГЛАВА 2

ЗАГАДКА ГИБЕЛИ ЗАТЕРЯННОГО ПРЕДКА ГЛАВА 2 В кузне кипела работа, раскалённый металл горел красным огнём, освещая Гудима, который точными ударами молота, придавал форму изделию, лежавшему на наковальне. Прохора он увидел издалека, потому погрузил болванку в холодную воду и вышел встречать гостя. Его мощное, коренастое тело и мужественное лицо казалось, навсегда сохранили отпечаток золотисто–красного огня. Во время работы, он напоминал гмура. Это подземный народ, который по преданиям жил в горах, ковал железо и хранил сокровища в пещерах. Прохор подошёл, неспешно поздоровался и пожал Гудиму предплечье. – Проходи, проходи, готов твой заказ – довольно улыбаясь, сказал кузнец, из–за наковальни он достал свёрток серой льняной ткани и подал гостю. Прохор развернул его и увидел нож необычной работы. Острый идеальной формы клинок сиял серебристо–голубоватым блеском стали, а ручка необыкновенно искусной работы, с червлением похожим на серебро была сделана в виде бегущего волка. – Да! Умелая работа, такой клинок в любом бою защитой станет против врага! – восхищённо сказал Прохор. – Так булатная сталь гнётся, но не ломается, секрет предков моих в неё вложен – сказал Гудим и достал чёрные плетёные ножны из кожи. – Это тебе подарок мой, негоже такому клинку без облачения быть, да и острый он необыкновенно. Пусть помощником будет в твоих делах. – Благодарю тебя, Мастер – ответил Прохор и обнял кузнеца. – Для правого дела и оружие славное должно быть, свидимся ещё. Забрав нож, Прохор направился прямиком к дому Настасьи. Девочки сидели на поляне возле рощи и перебирали, собранные растения. Дождя сегодня не было. Майские травы особую молодую силу имеют. Чистотел, ромашка, медуница и ландыш, бархатистый лиловый ирис. Всё это богатство девочки собрали в красивые охапки, чтобы отнести домой. – Ух, постарались сегодня, бабушка довольна будет – сказала Малинка. – Девочки, сегодня к вечеру пойдём на речку гулять и ребят с собой возьмём – предложила бойкая Даша, – Ждана и Добрыню я возле кузни видела, а за Вышеславом сами зайдём. – Что–то он в задумчивость впал, как тёплые дни настали, на велосипеде даже не катается – сказала Арина. – Так уже июнь наступает, скоро русалья неделя, бабушка сказывала, Вышеслава одного сейчас оставлять нельзя, она год назад его травами несколько дней отпаивала, да заговорами лечила. Повезло ему, что Костёр полыхнул, и мы прибежали, а то утащила бы русалка с собой – ответила Малинка. – Да, правильно мне бабушка говорила, что с силами зла играть нельзя – вздохнула Арина. Девочки собрали свои ароматные букеты и отправились домой. Прохор подошёл к открытой калитке и увидел хозяйку. Она сидела на крыльце и перебирала пшено для молочной каши на ужин. – Здравия, тебе Настасья, давно не видались – приветливо сказал он. – И ты будь здрав, Прохор, рада видеть тебя – ответила женщина, – пойдём в дом, молочка отведаешь. Когда зашли они в дом, Настасья подала гостю кувшин Зорькиного молока. Прохор с наслаждением выпил, поблагодарил и сказал, что они с Ярославом послезавтра на острова едут на несколько дней и Арина просила взять её с собой. Настасья нахмурилась и ответила, что прохладно пока ещё на море, да и мала она для таких походов. Тут открылась дверь и, в горницу вошёл большой букет полевых цветов. – Ой, дедушка Прохор, здравствуй! – радостно заколыхался букет, – возьми меня с собой на острова, я так мечтала там побывать! Прохор с Настасьей дружно рассмеялись. Букет положили на лавку, бабушка обняла девочку и сказала: «Ну, что с тобой поделаешь стрекоза, придётся отпустить». Избор был мужчиной серьёзным и основательным. Всю жизнь на Северном море прожил. Катер свой он тоже назвал «Северный», ухаживал за ним с любовью и почтением, потому белоснежный катерок всегда был в хорошей форме. Маневренный и скоростной он легко преодолевал расстояния на глубине и мог подойти к берегу почти на отмели, которых на островах было превеликое множество. Сейчас Избор собирался отвезти друга на остров Орлиный. Остров был небольшим, но одним из самых красивых в Поморье и уж точно самым загадочным. Он состоял как бы из трёх частей и сверху напоминал фигуру парящего орла. Части суши были разделены между собой песчаными лагунами округлой формы, а в середине они соединялись небольшой возвышенностью, покрытой густыми, высокими соснами. Там даже была маленькая деревянная избушка и древний колодец с пресной водой. Но люди сюда заплывали редко. У острова была недобрая слава. Иногда ночью там видели блуждающие огни и слышали странные звуки, рассказывали, что раньше на острове исчезали люди, хотя очень давно это было. Однако Избор был бесстрашным человеком и в разговоры не верил, а другу всегда рад был помочь. Море с утра покрылось лёгкой рябью, но, когда катер подошёл к мысу, вода успокоилась, только тёмно–зелёные волны слегка накатывали на песчаный берег. Прохор появился вместе с Ярославом и девочкой. Подготовился он основательно, вещи и продукты уложены в заплечные мешки, в руках дорожные палки–посохи и плащи–дождевики. Плащи эти всегда Избора удивляли. Они были очень лёгкие, как будто воздушные, просторные, могли подойти на любой размер, сшиты были из непонятной ткани серо–зелёной с графитовым оттенком. Ткань необычайно прочная и совсем непромокаемая, могла сложиться в комок или раскрыться как плащ–палатка. Прохор говорил, что они достались ему по наследству и при этом загадочно улыбался. Погода была благоприятной, ветер слабым и друзья пустились в путь по морю к Орлиному острову. Через два с половиной часа они прибыли на место. Избор был опытным мореходом, знал все заводи и отмели на островах, потому ловко подошёл к самой большой лагуне с правой стороны, так чтобы друзья смогли высадиться на берег. Был прилив и это не составило большого труда. Путешественники сердечно попрощались с Избором, он пообещал вернуться через три дня, если погода будет хорошей, хотя в это время года ненастья иногда случались, но были недолгими.