Но главное Джулия утаила. Жизнь без любви была для нее бесцветной, а с появлением Роя она обрела краски и наполнилась смыслом.
— Хорошо, — сказал он, хотя так не думал. Вдруг его лицо напряглось, и лоб покрылся сетью морщин.
— Что-то не в порядке? — забеспокоилась Джулия.
— Голова болит. Со мной это часто бывает.
— Я этому не удивляюсь.
Он кинул в ее сторону мрачный взгляд.
— Что ты имеешь в виду?
— Ты себя совсем не жалеешь. Никогда не отдыхаешь, а организму нужен отдых и покой, чтобы восстановить свои силы. — Она снова встала со стула. — Где болит?
— Здесь. — Он провел невидимую линию от переносицы к левому виску.
Сев на подлокотник, Джулия стала поглаживать ему середину лба массирующими движениями. После непродолжительных колебаний, Рой откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.
— Хорошо, — блаженно проговорил он.
— Не шевелись. Тогда я сделаю так, как надо, — мягко сказала она.
Джулия не спешила, смешивая лаванду с маслом. Пусть он расслабится под тихую, лирическую музыку. Она удивилась, чувствуя, что нервничает. Эмоции переполняли ее. Но ей так хотелось снять ему головную боль. Она принесла теплые полотенца, мягко подложив одно ему под голову, а другим накрыв плечи. Конечно, лучше всего было бы устроить его на кушетке, где она принимала всех своих больных, но такое обращение могло бы напрячь Роя. Пусть все будет спонтанно и непринужденно.
Она вкладывала всю свою любовь и нежность в мягкие, неторопливые движения, которыми массировала его виски. Постепенно напряжение спало, и ему стало легко и свободно.
— Очень хорошо, — сказал он. Подсознательно он все еще сопротивлялся ее прикосновениям, но по мере того, как уходила боль и настроение улучшалось, его мысли и желания обретали гармонию.
— Ну как? — спросила она.
Он медленно открыл глаза, с трудом подняв отяжелевшие веки.
— Замечательно, — признался он, не пытаясь скрыть своего признания.
Она убрала полотенца и вымыла руки. Затем, дрожа от волнения и радости, подошла к Рою. Улыбнувшись, он усадил ее к себе на колени.
— Спасибо, — нежно проговорил он, поцеловав ее в щеку.
— На здоровье.
Прижав девушку к себе, он стал поглаживать ее руку, осыпая лоб мелкими поцелуями. Джулия была на седьмом небе от счастья. Словно маленький котенок, она свернулась калачиком у него на коленях и прижалась к мощной груди, прислушиваясь к тяжелым ударам его сердца. Рой взял ее за подбородок и прильнул к влажным губам.
— Никаких обязательств.
— Никаких, — прошептала она без лукавства.
Любовь должна быть свободна, думала она мечтательно, страстно целуя любимого мужчину. В тот момент, когда люди начинают видеть друг в друге свою собственность, любовь умирает. Поэтому она не будет связывать Роя никакими обязательствами.
— Чай остыл, — сказала она, когда дымка перед глазами развеялась и предметы вновь обрели свои очертания.
— Приходи ко мне вечером. Я приготовлю ужин, — сказал он, поглаживая ее обнаженное плечо. Наклонившись, он шутя прикусил его зубами.
Она схватила его лицо двумя руками и счастливо улыбнулась.
— Приду.
— Принеси зубную щетку, — напомнил он и поцеловал ее в губы. — Мы вместе почистим зубы и будем любоваться радугой на стенах ванной.
Рой не скоро покинул уютную лодку. Еще долго любовники сидели, прижавшись друг к другу. Их тихий шепот то и дело прерывался поцелуями и смехом. Когда Рой собрался уходить, часы показывали семь, так что на обещанный ужин они отправились вместе.
Джулия помогала ему жарить картошку и не уставала повторять про себя, что она самая счастливая женщина на земле.
— Я должен работать завтра, — сказал он, взъерошив ее волосы.
— Конечно. Мне тоже завтра надо поработать.
— А часов в пять ты будешь свободна?
— Придешь за моими булочками? — Джулия округлила глаза.
— И за массажем тоже, — прибавил он, положив руку на затылок и покрутив головой.
— Буду очень ждать.
9
Казалось, время замедлило свой ход. Дни тянулись неторопливо в праздном безделье. С утра, правда, Рой и Джулия пытались работать, но не в силах дождаться вечера летели друг к другу на крыльях любви, чтобы вместе пообедать, и не расставались уже до утра.