У нее появилась мысль, которая заставила ее замолчать на полуслове. Карелин с удивлением наблюдал, сколько выражений сменилось на ее лице во время паузы.
– Ты знаешь, где живет Санди! – воскликнула наконец она, приставив палец к его груди наподобие дула пистолета.
– Ну да… я же отвозил из галереи домой пьяного Мурата. Он кое-что соображал, но телом не владел совершенно. Бревно бревном! Как он добрался до «Стамбула», не понимаю?
– Это неважно, – бормотала Астра, напряженно размышляя. – Неважно…
– Что неважно?
Она пропустила вопрос мимо ушей.
– Я приглашаю тебя на прогулку… сегодня вечером, – и добавила с придыханием. – Подари мне эту ночь в заснеженном городе, Карелин!
– Шутишь? Давай лучше устроим романтический ужин, – предложил Матвей. – На улице ветер, холод…
– Нет! – нетерпеливо перебила она. – Я заказываю музыку! Проведем восхитительные часы под окнами рыжекудрой Александрины… будем ловить глазами ее силуэт и томно вздыхать.
– Зачем? Ты в своем уме? Какого черта…
– Молчи! Тс-с-с… – она приложила пальчик к его губам. – Неужели тебя это не вдохновляет?
– Абсолютно. Что за дурацкая блажь торчать в мороз под чьими-то окнами? – Он запнулся, осмысливая ее слова. – Думаешь, Сфинкс явится убивать Мурата, а мы его поймаем с поличным? Сомнительно. Во-первых, неделя еще не истекла. Во-вторых, он или она выбирают, как я успел заметить, людные места, толпу…
– О-о! Теперь ты догадался, с какой целью мы идем на презентацию? Клуб, полный приглашенных… музыка, полумрак, много выпивки, шума, толкотни. Сфинкс может легко расправиться с Домниным. А у Мурата еще есть время. Бьюсь об заклад, завтра ночью в «Ар Нуво» непременно будут Санди с любовником, Маслов, Баркасов!
– Значит, сегодняшняя прогулка откладывается? – с надеждой спросил Матвей.
У него не было ни малейшего желания бродить морозной ночью по улице.
– А если посидеть в машине? – разочаровала его Астра. Ей вдруг представилось совсем другое место, где они могут… – Все! Я знаю, куда мы пойдем вечером, когда стемнеет!
Он решил не спорить. Авось она еще передумает.
– Ты собиралась встретиться с Ингой. Нам по дороге. Отвезти?
В машине Астра перебирала фотографии, любезно предоставленные ей бывшей женой Феофана Маслова. Один из снимков она показала Матвею.
– «Хоровод пчел».
– Девочки с крылышками? – усмехнулся он. – Тощие и прилизанные.
– Вот эта, с короной на голове, – Люся Павленко… ныне Людмила Никонова, мать покойного скрипача. А вот эта пчелка впоследствии стала женой скульптора. Именно в Доме культуры, где репетировал ансамбль «Терпсихора», некоторое время работала мать Игоря Домнина, и брала сына с собой.
– Любовный треугольник? Маслов, пчелка и будущий художник?
– А Никонова?
– Женская месть? – Матвей притормозил на светофоре и повернулся к Астре. – Но кому и за что? Почему через столько лет?
Она пожала плечами. Если бы знать, о чем умалчивают загадки.
– Инга Теплинская случайно не танцевала в «Терпсихоре»?
– К сожалению, нет. И Санди тоже.
– Откуда ты знаешь?
– Ее бы запомнили! И здесь среди пчелок ее не видно. С такой внешностью даже мы бы ее узнали.
– А «Хоровода бабочек» или «Пляски жуков» в ансамбле не ставили?
Астра демонстративно поджала губы и уставилась в окно.
– Тебя подождать? – спросил Матвей, въезжая во двор дома Теплинских. – Престижные хоромы! Наверное, всюду чистота, цветы на лестничных площадках, строгий консьерж, мимо которого и муха не пролетит.
– Именно так. Не вздумай уехать без меня. Мы еще по магазинам пробежимся.
Он обреченно вздохнул и приготовился вздремнуть. Пока она будет показывать Инге пчел и расспрашивать о бабочках…
Госпожа Теплинская встретила Астру сухо, без лишних слов и эмоций. За эти мучительные, горькие дни она стала тоньше и темнее лицом.
– Ансамбль «Терпсихора»? Не слышала…
Астра показала ей фотографии юных танцовщиц.
– Знаете кого-нибудь?
Инга отрицательно качала головой. В ее волосах прибавилось седины.
– Вот эта пчелка в короне – Людмила Никонова.
Теплинская и бровью не повела.
– Да? Интересно… И как это поможет найти убийцу моего мужа?
Она ощетинилась сотнями игл, и при каждой попытке вызвать ее на разговор Астра натыкалась на их острия.
– Что с вами, Инга?
– Я… я видела ту женщину, любовницу Миши, – ее глаза наполнились слезами, голос дрожал. – Она… очень красивая. Миша мог увлечься ею. Думаю, они любили друг друга. Мне ее показали… издалека.