— Иллюзия! Все, кого тебе показывали,— это лишь актеры, которым поручили пустить тебе пыль в глаза. Декорации там были сделаны из картона, разве ты не заметил? Что же касается трех богов, которые управляют этим цирком, то они шарлатаны, не более. Я их хорошо знаю. Тот, кто называет себя Отцом — это не кто иной, как некий иудей по имени Иегова, старая развалина, царствующая в пустыне, где в изобилии водятся лишь скорпионы. Что же касается его сына, который притворяется богопомазанным собственной кровью, так это лишь взбунтовавшийся раб, справедливо казненный римлянами, безумец, свихнувшийся на славе, ничтожный богохульник. Я уж не говорю про Святого Духа,— ведь это ветер, не более.
— А Иосиф, плотник? Разве он не дал мне палку?
— А, этот... Он действительно... Но хватит! Хочешь ты получить могущество или не хочешь?
— Хочу!
— Тогда следуй за мной.
В один миг исчезла хижина, потом и море. Базофон последовал за высоким провожатым по тропинке, которая вскоре стала углубляться в земную твердь. Постепенно демон менял цвет. Из белого он стал сначала желтым, потом покраснел. А когда они вошли в зал, где их ожидал Сатана, он был уже ярко-алый.
Владыка мира восседал на раскаленном троне. Для сегодняшней встречи он избрал красивое лицо и сверкающие одежды, чтобы не напугать свою добычу. Его мерзкая гримаса превратилась в улыбку. Вокруг себя он расположил свой двор, украсив его пышными одеждами и драгоценностями. Здесь были Горбун Рогатый, Мудрагель Четвероногий, Клеветник Кислый, Обжора Пестрый, Хромоног Тусклый, Болтун Увечный, Кот Собачий, Гад Бесхвостый, Затылок Дергающийся, Папа Долговязый, Ронольфаз Двусмысленный, Выпивох Отважный, Трескун Острый, Цезарь Пузатый, Артишок Луковый, Идол Всеядный, Плут Чистейший, Удав Лапчатый, Пропойца Краснорожий и еще другие, такие как Сексопотам Фафа, Пед Ангелоподобный или Подлец Драчливый.
Все эти прекрасные принцы еле сдерживали смех за своими сделанными из воска масками, которые скрывали их страшные рожи. Они взяли себе такие имена, как Князь Благодатный, Маленький Лис Левантийский, Великий-в-Шелках, Эрцграф де Листва, Великолепный-и-Зоркий, Светлейший-и-Ослепительный, Главный Архивариус Слова, Ка-кофонист Удивительный, Величественный Орган Чумы, Щедрая Дверь Пустыни, Его Святейшество Ласточек, Томный Крик Лебедя, Чудесный Календарь Загадок, Возвышенный Труляля Войска, Вор Воды Ламанчский, Интегральный Пророк Клепсидры, Ослепительный Хранитель Высшего Остатка и тысячи других подобных искусственно красивых имен, которыми называют себя черти во время своих оргиастических празднеств, после того как хорошо выпьют.
При виде этого театра Базофон удивился. Не это ли излишнее великолепие внезапно заронило ему в душу первые искры сомнения? Присмотревшись получше и несмотря на то, что он стремился как можно быстрее получить дар назорея, он впервые почуял обман. Разве из-под той пышной мантии не торчит нога с раздвоенным копытом? А что это за рыжие волосы во рту персонажа, слишком веселого, чтобы быть искренним? А разве не исходит струйка едкого дыма из-под трона, на который взгромоздился этот властитель, одетый в престранную тунику из кожи? Сатана начал говорить. Но вместе с медоточивыми речами разве не исходили из его рта струйки еле различимого тошнотворного запаха, который постепенно начал обонять встревоженный нюх сына Сабинеллы?
— Мы, верховный бог вселенной, светлейший властелин видимого и невидимого, мы приветствуем тебя. Разве не дошло до нас известие, что старые демоны воздуха попытались обмануть тебя своей стоптанной еврейской ложью, которую даже скорпионы не желают слушать? (Смех среди публики.) Разве нам не сообщили вдобавок, что тебе, герою, достойному самых высоких сфер духовного вожделения, было отказано в волшебном могуществе, получить которое ты имеешь неоспоримое право? И посему мы, в своей свирепой доброте, мы исправим вопиющую несправедливость, допущенную по отношению к тебе, одарив тебя красотой, богатством и умом. Тебе будет достаточно только отдать нам душу, что вполне естественно, так как именно в твоей душе прячется огонь, который будет раздут нашим всемогущим и благостным дыханием, аминь!
Абраксас, все еще в облике купца, подошел к Базофону, который стоял посреди зала, крайне удивленный.
— Как сказал тебе наш верховный владыка, в своей нескончаемой доброте, отдай мне душу, и я отнесу ее на алтарь. Там он оживит ее своим дыханием и наделит тебя могуществом богатства, красоты и ума.
—- Не так быстро! — воскликнул Базофон.— Плевать мне на ваше богатство, красоту и ум. Я хочу иметь настоящее могущество, могущество назорея: то есть, чтобы я мог превращаться во что захочу, разрушать или строить то, что мне взбредет на ум, вызывать высших и низших духов, которые повиновались бы мне.