Нарисовав ее, я облегченно опустил руку вниз, несколько опасаясь, что «рисунок» исчезнет. Все же было несколько непонятно, что делать дальше. А сам рисунок все же отнял у меня немалую часть силы. Возможно в дальнейшем с этим будет и полегче, но сейчас я чувствовал усталость.
Повернувшись к бабуле, я спросил.
— И что дальше?
— Дальше нужно просто войти в нее. Правда перед этим ты должен дать мне разрешение на проход.
Узнав у бабушки подробности, я выполнил все что она сказала, открыл дверь, и пропустив ее внутрь вошел следом за ней.
Прикрыв за собою дверь, я оглядел комнату, в которую мы попали и удивленно спросил.
— Это точно подпространственный карман?
Глава 4
Бабуля, судя по ее виду, тоже изрядно была ошеломлена увиденным. Ведь место, в котором мы оказались очень сильно напоминало нам наш домик в Карлине. Решив проверить свою догадку, я вновь подошел к двери и открыв ее вышел к тому самому бассейну, что был возведен незадолго до нашего отъезда оттуда. К тому же за соседним забором я увидел знакомую физиономию Курта Майера, нашего соседа. Казалось за прошедшее время он практически не изменился. Все такой же довольный жизнью, розовощекий старый холостяк. Увидев меня, он явно обрадовался, потому как тут же подошел к штакетнику, разделяющему наши участки и протянув руку тут же воскликнул.
— Алекс! Я рад что вы наконец-то вернулись. А то меня скука заела окончательно. Хоть на рыбалку будет с кем сходить. Надолго сюда?
— Не знаю, герр Майер. — Ответил я. — Все будет зависеть от бабули. Но я бы с удовольствием здесь пожил. Что-то я тоже соскучился по здешнему климату.
Мы еще несколько минут беседовали, обмениваясь новостями и наконец разошлись. Я пообещал предупредить его, если останусь здесь на какое-то время, а он обещал показать мне новое место для рыбалки найденное им в здешних горах.
— Форель, просто чудо! — неустанно повторял он. — Будь уверен тебе понравится.
Бабушка уже висела на телефоне созваниваясь с клининговой компанией для организации уборки в доме. Все же за время нашего отсутствия все изрядно запылилось, и даже останавливаться здесь для ночевки я бы просто побрезговал. К счастью все разрешилось довольно быстро и уже через пятнадцать-двадцать минут дом наводнили работники, наводя в нем порядок. Решив не мешать им в их благородных стремлениях мы с бабулей решили проехаться до магазина, чтобы прикупить что-нибудь к ужину, а заодно и перекусить. Оказалось, что в гараже до сих пор стоит мой пикап «Форд Ф-100 Рейнджер». Правда за долгое время стоянки у него изрядно подсел аккумулятор, но с помощью соседа мы быстро решили этот вопрос и выехали из дома.
Бабуля всю дорогу казалась задумчивой, на мой вопрос, что ее беспокоит, она ответила, что ищет причину, почему вместо обычного кармана у нас открылся телепорт. С одной стороны, мы так и не выполнили свое намерение по открытию подпространственного кармана, с другой испытали переход, что тоже неплохо.
— Осталось только понять, что именно сделано неверно и тогда все получится.
— Так-то оно так, но кому-то из нас придется срочно возвращаться на остров, хотя бы для того, чтобы не создавать паники. Все же наша машина осталась на той площадке и если ее кто-то обнаружит, то наверняка сообщит в полицию. Конечно ничего плохого за нами нет, но и лишний раз привлекать к себе внимание тоже нежелательно.
Но возвращаясь домой после продолжительных закупок в магазине, обеда в кафе и заезда для снятия наличных в местный банк, бабуля вдруг изменила свою позицию произнеся:
— Ты знаешь, это будет даже интересно, посмотреть на то, кто озаботится нашим внезапным исчезновением. Надеюсь у тебя ничего особо ценного не осталось на Майорке?
— Не думаю. Документы у меня всегда с собой. Оберег я тоже не снимаю. Так что кроме одежды ничего ценного там нет. Разве что наш автомобильчик.
— Забудь. Было бы, что-то раритетное или дорогое, а это обычный ширпотреб. Я и взяла-то его потому что торопилась, а ничего более приличного на тот момент не было, а связываться с прокатом почему-то не захотелось. Что-же касается вещей, то мы можем в любой момент вернуться туда, тем более что аренда дома осталась за нами, или просто купить необходимое здесь. Пока же поживем в Карлине. Тем более, что источник тут имеется.
Вообще-то меня не очень прельщает подобный образ жизни. Нет, путешествовать я люблю, но это касается скорее посещения новых мест. С другой стороны, мне всегда нравился этот тихий городок, затерянный среди гор Невады. Пусть даже особых природных красот здесь и не имеется, но с другой стороны жить здесь довольно приятно. А главное все знают свое место и не лезут в чужую жизнь.
Жаль, что мне неизвестны символы, начертанные на перстне, да и по словам бабули, вряд ли мы найдем здесь аналог этого шрифта, а тем более языка. Поэтому приходится довольствоваться бабушкиным переводом, а она похоже несколько подзабыла этот язык за столетия, проведенные здесь, что и не мудрено.
Уже к вечеру в доме был наведен идеальный порядок, и мы с бабулей приготовив легкий ужин разошлись по своим комнатам чтобы отдохнуть.
Долго лежал лупя глазами в темноту, прокручивая все события прошедшего дня и пытаясь найти ошибку, отправившую нас телепортом в Неваду, вместо открытия кармана. Кстати постоянно выговаривать определение «подпространственный карман» слишком долго. Пожалуй, стоит найти какое-то более удобное определение этому понятию. Например, просто сундук или походный склад.
Сон пришел как всегда неожиданно…
…Довольно большое помещение напоминающее школьный класс. С десяток столов, за каждым из которых сидят ученики. Где по двое, где по одному. Чуть дальше от меня, небольшое возвышение, на котором находится стол преподавателя и огромная доска чуть красноватого цвета. За преподавательским столом полная, не слишком красивая женщина в огромных на половину лица очках с тяжелой оправой из какого-то непонятного материала. Линзы на очках очень толстые и потому глаза, находящиеся за ними, кажутся слегка выпуклыми, похожими на рыбьи, из-за этого большинство учеников и даже некоторые коллеги называют ее Камбалой. Неподалеку от нее стоит подросток, почти полная копия самой преподавательницы. Нет, это не ее сын и даже не родственник. Просто юноша необычайно толст и неуклюж, а его походка больше напоминает откормленного гуся, следующего на водопой, переваливающегося с боку набок, и шлепающего своими ластами. Более того если бы любого из учащихся этой школы спросили о том, кто у вас самый ленивый и бестолковый, ответ был бы однозначный — Брок. Причем на самом деле его имя звучит несколько иначе. Наверное, родители надеялись, что их сын будет смелым и бесстрашным воином и потому назвали — Бронк. Что в переводе с Дворфийского как раз и означает — бесстрашный. А вот пивные бочонки, называют броками. Ко всему выше сказанному у Бронка ко времени начала обучения, обнаружился дар, другими словами он оказался хоть слабым, но волшебником. Правда все его возможности ограничивались только навыками в поисках руды, и на очень небольших расстояниях, но даже несмотря на это, в будущем он может оказаться весьма востребованным специалистом. Разумеется, ежели поборет свою лень и все же чему-то научится. Пока же этого не очень-то наблюдалось. Тем не менее родители и преподаватели всеми силами пытались вбить в юную ленивую голову, хоть какие-то знания, но увы больших успехов в этом деле не достигли.
Вот и сейчас, стоя у доски он всеми силами прислушивался к шепоту, доносящемуся до него из классной комнаты, в надежде уловить хоть какую-то информацию, чтобы завершить ответ на заданную тему. Правда в надежде посмеяться над ним в шепоте можно было разобрать все что угодно, но только совсем не то что требовалось для правильного ответа.
Судя по ощущениям, я находился в теле какой-то девочки, и наблюдал за происходящем здесь ее глазами. Сама же, моя носительница, была занята совсем другим. Она находилась в каком-то полутрансе и сосредоточенно управляла паучком, свившем себе небольшую паутину в углу над учительским столом. Благодаря своему дару, девочка заставила паука бросить все свои повседневные заботы и перебраться на середину потолка, как раз над стоящим у доски Бронком. Там паучок закрепился и повиснув на тонкой паутинке начал осторожно спускаться вниз, чтобы в итоге оказаться на голове юноши.