Бабушка сделала глоток сока и продолжила.
— Ты должен помнить, что тебе рассказывали про Торговый Остров, и то что туда можно попасть только с помощью портала, технологию которого принесли кстати именно Квари. Даже тот конструкт что помещен в твоем кольце именно от них. Так вот, имеется давнее подозрение о том, что Торговый Остров находится на одной из лун, находящихся в небе Арнелии. И это подозрение подкрепляется тем, что если из любой точки на Арнелии всегда можно увидеть обе луны, то на Торговом Острове их нет на небе вообще.
— Очень интересно. Тогда получается, что остров защищен от нападения не магией, а просто расположением на возможно необитаемой планете.
— Очень может быть. И кстати вряд ли та планета принадлежит именно им.
— Почему ты так думаешь?
— У них очень занимательная планета и само мироустройство.
Дальше последовал довольно интересный рассказ о мире Квари.
Это был странный мир. Смерти, как таковой здесь не существовало. Вернее сказать, смертной являлась только текущая оболочка разумного, но в большинстве случаев, душа в момент смерти находила себе новую оболочку и возрождалась в новом теле. Причем обладая всеми навыками, а порой и памятью предыдущего воплощения. Конечно, со временем память частично подменялась новой, ведь даже несмотря на огромную емкость мозга он все же не бесконечен. Навыки, частично оставались, частично подменялись новыми, но так или иначе кое-какой опыт имелся даже у новорожденного. И благодаря этому разумный развивался гораздо быстрее. Но, в каждой бочке меда, всегда находится хоть капля дегтя. Все вышесказанное было ступенькой вверх. И к этому стремились все существа, переходя по перерождениям, как по ступеням эволюции. Развиваясь от безмозглой личинки до Квари, который стоял на самой верхней ступени. Правда, ходили слухи о высших ступенях, но… мечтать не вредно. И хотя подтверждения этим слухам не было, но тем не менее они давали какую-то надежду и заставляли стремиться все выше и выше.
Капля дегтя же состояла в том, что иногда, индивидуум погибал от болезни, несчастного случая, стихийного бедствия или просто старости, или собственной лени, хотя последнее допускали уж совсем опустившиеся и не верящие ни во что особи. Это была самая плохая смерть. После такой смерти душа возвращалась в свое первобытное состояние, начиная новое восхождение с самого низа лестницы. У Квари, род, допустивший смерть от старости или болезни, будь он стоящим на самом верху или на любом другом уровне развития, сразу же становился отверженным. Такое не прощалось нигде и никогда. Тем более, что «лекарство» от подобного бесчестия существовало и было известно всем. И оно было очень простым. На всех ступенях развития его называли по-разному, но суть была одна — смерть в бою.
Да именно так. Все просто. Если ты побеждал высшего, погибая при этом, твоя душа переходила на ступень, а иногда и несколько ступеней вверх. Равного — или оставалась на месте или опускалась на ступень ниже. Низшего — снисходила до его уровня. Да это потеря статуса, но порой лучше спуститься на одну-две ступени вниз, чем начинать свое восхождение с самого начала.
Поэтому совсем уже зажившимся на этом свете старикам, или же безнадежно больным, в зависимости от благополучия рода, или приводили раба, или другого разумного стоящего ниже в развитии. И вложив в руку кинжал направляли его на цель, одновременно с его ударом умерщвляя своего подопечного и этим самым обеспечивая его достойное перерождение.
Кто решал достойна ли душа следующей ступени, или же для закрепления предыдущего опыта ей стоит начать с более низшей, или же повторить уже пройденный путь неизвестно. Возможно, что легенды не врут и, следовательно, есть еще несколько ступеней превышающих известный верхний уровень развития, и все решения принимались ими, а скорее всего этим занимались боги, которых, как и в любом другом мире было неисчислимое множество. Впрочем, Квари, как высшее существо этого мира все же придумал себе божество, отвечающее за перерождения, и даже создал религию и последователей, которые служили этому богу и с радостью принимали дары верующих в него.
Сам же мир представлял собой планету, поросшую лесом. Причем это был не просто лес. Это были гигантские деревья, так называемые Храбы. Корни храбов уходили в болотистую почву планеты, а стволы и кроны величественных деревьев вздымались на огромную высоту. Сами деревья за счёт своего ствола и ветвей были разделены на множество уровней, на каждом из которых обитал свой вид живых существ. И если у его корней были лишь черви и простейшие организмы, то с каждой ступенькой выше они становились все более развитыми и в итоге переходили в отряд разумных. Самую верхнюю ступень развития занимали Квари. Там, где переплетение ветвей и листьев образовывало достаточно твердую поверхность, Квари строили свои города похожие на огромные соты, похожие на те что бывают в пчелиных ульях. Правда в отличии от обычных пчел у Квари была довольно развитая цивилизация. И хотя они не занимались каким-либо производством или добычей полезных ископаемых они торговали. И в искусстве торговли им не было равных.
Разговор с бабушкой закончился где-то ближе к полуночи. А ночью мне вновь пришлось прогуляться…
…Луч света, с трудом пробившись сквозь крону тысячелетнего храба, невероятным образом, который случается может быть раз в столетие, достиг вечно темного третьего уровня и отразившись от блестящих чешуек бронзовокрылой клапицы, устроившейся передохнуть среди колючих отростков мохнолистного шамрика, мелькнул в фасеточных глазах старого, облезлого кушкана, выползшего из своего логова и задремавшего на куче перегнивших листьев, наслаждаясь их теплом. От неожиданности кушкан вздрогнул и случайно задел выступающим спинным гребнем растущую возле его ложа лиану-крапивницу, в свернутых листьях которой под утро всегда скапливалось большое количество влаги. От сотрясения один из листьев развернулся и несколько галлонов ледяной воды с легким привкусом перебродивших испражнений бледнокрылого курбаника и едва ощутимым запахом розового марана, хлынули на морду старого ленивца, заставив его вскочить на все шесть лап и приняв боевую стойку взвизгнуть, обозначая свою готовность отразить нападение любого агрессора. Его грязно-бурая, местами облезлая шерсть угрожающе встопорщилась, гребень, в кои-то веки приподнялся, обнажая выползшие из его кончиков острейшие ядовитые иглы, и даже огромный, отвисший живот, будто бы втянулся в брюхо. Мимолетный взгляд со стороны вполне мог бы принять старого лентяя, за готового к бою самца, который готов отстаивать право обладания самкой и защищать свою территорию.
Спустя мгновение, поняв, что стало причиной тревоги, он украдкой оглянулся по сторонам, и поняв, что свидетелей его конфуза не наблюдается, несколько успокоился. Помотав головой из стороны в сторону освобождаясь от влаги, опрокинутой на себя, и скосив глаза на предательницу лиану, чуть отодвинувшись в сторону вновь прилег на ворох листьев, впрочем, через мгновение вскочив снова. Листья оказались залитыми водой и возлежать на них изображая из себя обмочившегося грудничка, не было никакого удовольствия. Ворча себе под нос ругательства, он поднялся со своего ложа, лениво встряхнулся удаляя с шерсти остатки влаги и решил, что раз уж пришлось подняться, неплохо бы пройтись по границам своей территории и обновить метки. Особенного смысла в их обновлении не было, потому как никто посторонний сюда не забредал. Но все же подчиняясь какому-то внутреннему инстинкту кушкан продолжал это делать изо дня в день.
После чего вернувшись в логово, все же там несколько спокойнее в отношении какого ни будь подвоха, да и гораздо суше, он, подхватив зубами сладкий корень остролистого шкуда предался своему обычному занятию, погружаясь в мечты и воспоминания.
Однажды, будучи еще совсем молодым и глупым, он, наслушавшись хвастливых рассказов молодых воинов, совершил восхождение вверх, по стволу храба. К своему удивлению, он легко преодолел второй уровень, не привлекая к себе внимания, хотя об этом уровне рассказывали порой такие страшные истории, что другой раз приходилось вскакивать посреди ночи, чтобы избавиться от кошмаров, вызванных тварями из рассказов старших. На мгновение остановившись, и осмотревшись вокруг, он не заметил ничего такого, что могло бы испугать его, и воспользовавшись моментом, продолжил свое восхождение вверх, к первому уровню.