По русским источникам, Ольга родила Святослава от Игоря, но не в 942 году, как принято считать, а в 920 году. А в 942 году она от Святослава родила Владимира, при котором и умерла в глубокой старости, дряхлой старухой, которую на пиры выносили в кресле.
Что ж, картина получается, мягко говоря, причудливая. И новые противоречия появляются, как только мы «копнем» чуть-чуть дальше.
Дело в том, что, по некоторым сообщениям, Ольга побывала еще и женой Олега Вещего, дочерью которого она вроде бы являлась. Впрочем, это может иметь отношение лишь к проблеме отцовства в отношении Игоря, но никак не может отразиться на самой Ольге. Поэтому это сообщение мы обходим с пониманием.
Но могло ли такое быть, что в начале X века Олег привел Игорю в жены свою собственную дочь? Да, и такие сообщения в русских летописях имеются. Дочерью Олега называют ее рукописи Ундольского № 757, л. 15, об., а так же МПМ № 610, л. 28 — л. 28, об., и РПБ F IY № 239, л. 101.
Кроме того, некоторые свидетельства дают такую трактовку: Олег сам был женат на Ольге, названной по его имени, и у них родился сын Игорь. После ухода Олега на родину, его жена Ольга «пояла» за себя сына своего и родила от него Улеба и Святослава — братьев и сыновей Игоря.
А в исландских сагах Ольга одновременно предстает в двух образах — мудрой старой матери Владимира и его жены! Значит, Ольга успела побывать и женой Владимира?
Деяния Ольги — правительницы Руси — приобретают сколько-нибудь внятные очертания после гибели Игоря, убитого древлянами. Начала Ольга правление свое с того, что приняла под свою руку княжества Русское, Новгородское и Киевское. А древлянам отомстила за убийство Игоря по полной программе.
Убив князя Игоря, древляне (по другим сведениям, это были печенеги, по третьим — германцы) решили, что раз боги допустили такое, то, значит, они отвернулись от Руси, и послали к Ольге послов с. наглым предложением выйти замуж за их князя Мала (Малдитта). Польский историк М. Стрыйковский приводит прозвище князя Мала — Нискиня. Другой польский историк, Ян Длугош, называет его «дукс Мискина» (герцог Мискиня). По языческим обычаям, Мал, как победитель, имел право на семью и вдову побежденного (то же самое через полтора столетия произойдет с касожским князем Редедей: убив Редедю, русский князь Мстислав заберет себе и семью побежденного). Ольга посоветовала древлянам проявить гордость и прибыть к ней завтра «в ладье». Эту историю мы все помним — Ольга приказала закопать древлянских послов живьем в яме вместе с ладьей [Софийская летопись, с. 102]:
«945 год. И жила Ольга при Игоре в Киеве, до тех пор, пока не убили Игоря древляне. И, убив Игоря, послали в лодии 20 лучших мужей в Киев. «И присташа под Боричевом… И поведаша Олзе, яко древляне приидоша, и возва я Олга к севе: «добри гости приидоша». Древляне же ей рекоша: «Приидохом, княгини». И рече им Олга: «Да глаголите, что ради приидосте семо?» Древляне же реша: «Посланы Деревская земля, а рекучи сице: мужа твоего убихом, бяше бо муж твой акы волк восхищая и грабя, а наши князи добри суть, иже разделали землю Деревьску, да поиди за князь наш Мал». Бе бо ему имя Мал, князю деревьскому. Рече же им Олга: «люба ми весть ваша, уже мне мужа своего не въскресити; но хощу вы почтити заутра пред людьми своими, а ныне вы идите в лодию свою, и лязите в лодии величающеся, и аз по вы послю, и вы же рцете: не идем ни на конех ни пеши, но понесете в лодии; и вознесут вы в лодии. И отпустиша я в лодию. Олга же повеле ископати яму велику и глубоку, на дворе теремьском, вне града, И заутра Олга, седящи в тереме, посла по гости; и приидоша глаголюще: «зовет вы Олга на честь великую». Они же реша: «пеши не идеи, ни на конех, но понесети ны в лодии». Ркоша кияне: «нам неволя; князь наш убиен, а княгини наша хощет за ваш князь». И понесоша их в лодии. Они же седяху гордящеся в перегбех сустугах; и принесоша их на двор ко Олге, и несше вринуша их в яму и с лодиею. Приникши Олга рече им: «добра ли вы честь?» Они же реше: «пуще ны Игореве смерти». И повеле засыпати их живых, и посыпаша я».
Не насытившись местью сполна, Ольга послала к древлянам за повторной депутацией, которую сожгла в бане [Софийская летопись, с. 102–103]:
«И посла Олга ко деревляном, и рече им: «да аще мя вы просите право, то прислете ми семо мужи нарочиты, да в велице чти пойду за вашего князя, ци да не пустять мя людие киевстии». Се слышавше древляне, и събрашеся нарочитых муж 50, иже держаху деревскую землю, и послаша по Олгу. Древляном же пришедшим, повеле Олга мовь сотворити, ркучи сице: «взмывшеся приидите ко мне». Они же сьтвориша мовь, и влезоша древляне начата мытися; и запроша с ними мовь, и повеле зажещи; и ту изгореша вси».