— Зачем она тебе нужна была? — удивилась я.
— Чтобы было кому деньги отдавать, вкладывать их, иначе так в старости и умрешь в бедности. Потом нужно было сделать так, чтобы было у кого залечь на дно в случае чего. А сестра — самый лучший вариант. Жалко, что она убежала, ничего теперь с ней не сделать, придется нового клона выращивать! — огорчился пират.
— Ты сволочь! — не выдержала я.
— Почему? Я честно пытался спасти ее жизнь, когда оставил ее у тебя. Она стала почти совсем живой, так что я почти поверил в то, что она — моя сестра. Знаешь, как сложно было бросить ее на произвол судьбы? Вот и решил ее тебе подкинуть… Да, видно, ошибся. Тебя в это вообще посвящать нельзя было!
— Вообще-то, мы сейчас летим искать твою сестру, — улыбнулась я.
— Нет, — твердо ответил Ражори.
— Давай, попробуй мне запрети! — ухмыльнулась я.
— Думаешь, не смогу? — мигом набычился он.
— В твоем положении? Нет, — улыбнулась я.
Ражори уверенно откинул одеяло, чтобы доказать мне, что вполне может менять прибить на месте. Невольно я отметила, что он остался в грязных штанах лежать в моей чистой кровати. Но потом все мысли выветрились из головы, потому что Ражори покачнулся и со стоном едва не свалился с кровати.
Я испуганно бросилась к нему, и даже не заметила, как оказалась прижатой к кровати. Огромные глаза Ражори заслоняли собой весь обзор.
— Ну, что теперь ты скажешь? — довольно поинтересовался он.
— Ненавижу, когда вокруг слишком много Ражори, — буркнула я. — Ралли все равно спасать идем!
— Нет! — возмутился он. — Лезть в самое пекло, нам лучше выработать план. А с Ралли все равно ничего не сделают, потому что она ничегошеньки не знает о моих планах. Так что сейчас мы наведаемся туда, куда я скажу, проведем несколько важных операций, тщательно подготовимся к вылазке. И организуем то, что спасет не только нас всех, но и Ралли. Если уж она вам настолько дорога.
— Ладно, — согласилась я. — Только отпусти, дышать тяжело!
— А мне так удобно, — безмятежно отозвался Ражори.
— Слушай, ты вообще? — устало спросила я.
— Есть немного, — согласился он. — Не могу заснуть, когда под боком нет чего-нибудь мягкого и теплого.
Я возмущенно дернулась. Ражори со смехом меня отпустил.
— Спать иди в другую комнату, — приказала я.
— У вас их всего три, не считая ремонтирующуюся, если память мне не изменяет, — нашелся Ражори. — Уступи кровать больному человеку.
— А ты человек? — изумилась я.
Ражори нахмурился, поняв, что сморозил глупость.
— Что, серьезно? Я думала, что ты кришвлянин!
— Хватит болтать, иди лучше Францу говори курс менять, да объясняйся с ними, — зевнул Ражори.
— Куда летим-то? — обреченно спросила я.
— На Ларегов, там все объясню…
— Э, нет, я в пекло без объяснений соваться не собираюсь! — уверенно сказала я.
— Ладно, иди говори Францу менять курс, потом зови и его и Дилирию сюда, будем разговаривать на военном совете, — решил Ражори.
Уже в дверях я не выдержала.
— Ты изменился, — заметила я.
— Тебе показалось, — буркнул Ражори.
— Вдруг ты клон? — напряглась я.
— Мечтай, — вновь зевнул он.
— Значит, тебе просто нужна помощь и поэтому ты подлизываешься, — определила я.
— Возможно, — не стал отвертываться пират.
Я вышла из комнаты, готовясь воевать с Францом на счет Ражори.
Франц мне не поверил. Внимательно осмотрел меня, потрогал лоб, заглянул в глаза. Потом все-таки решился пройти со мной в мою комнату, надеясь, наверное, уложить меня в кровать до полного выздоровления. Но увидев своими собственными глазами Ражори, Франц опешил. Задал несколько вопросов на засыпку, проверил наличие маскировки, а потом широко усмехнулся.
— И какого черта он тут делает? — спросил он, усаживаясь в кресло и сверля Ражори глазами.
— Отдыхаю, прямо как в санатории, — признался Ражори, опуская подушки пониже и закрывая глаза.
— Франц, можешь помучить Ражори, пока я за Дилирией сходу, — разрешила я.
Дилирия уже очнулась, сидела на кровати и читала книгу.
— Такой сон странный приснился, — сказала она мне с порога. — Будто бы мы с тобой разговаривали, а потом из гардероба появился Ражори! Ужас какой, я до сих пор от сна отойти не могу, — ее всю передернуло.
— Не сон это был, так что давай, собирай все силы в кулак, — хмыкнула я.
Дилирия застонала.