— То есть?
— Есть у меня подозрения, что именно кто-то из шаманов разбудил эту гадость. Макс, снять печать, которую наложил сильный шаман, почти невозможно. Её может снять всё тот же шаман или шаман с большей силой. Та печать накладывалась очень сильным шаманом. Так что её мог снять либо Колин, либо кто-то такой же сильный.
— Но зачем?
— Хороший вопрос. Макс, свяжись с шефом и расскажи, что у нас тут творится. Наверняка он зол из-за того, что мы раньше с ним не связались.
— Предлагаешь мне ему звонить?
— Да. У меня сейчас настроение: "Убью и не замечу". Ты пока звони, а я найду нам средство передвижения.
— Даже не буду спрашивать куда поедем, — сказал Макс, обречённо доставая мобильный.
Машину я нашла здесь же, на больничной автостоянке. Она принадлежала полиции, так что проблем быть не должно.
— Ну? — спросила я у подошедшего Макса.
Я как раз завела машину без ключа. Сама машина, к счастью, была открыта.
— Он в ярости. Правда, когда я сказал, что тут происходит и в каком ты состоянии, успокоился и хотел уже вылетать сюда.
— Я надеюсь, ты его отговорил?
— С трудом.
— Отлично. Поехали спасать то, что осталось от города.
— У тебя есть идея?
— Целых две и обе тебе не понравятся. Хотя вторая — больше, так что будем действовать по первому плану.
Создать бомбу было очень сложно, а уж сделать так, чтобы при взрыве вокруг всё заморозилось — ещё сложнее. Хорошо, что ребята как-то показывали, что и как. Да и у Макса кое-какие знания имелись. Только не знаю, сработает ли она.
— Плохой план. Мы можем не успеть выбраться.
— Знаю, — сказала, сидя за рулём.
Вести было неудобно. Нога разболелась и слушалась с трудом, но сажать за руль Макса было страшно. Он о вождении знает только теоретически.
До раскопок меня снова нёс Макс на руках. Машину пришлось оставить. Пока он нёс, выпила ещё обезболивающего. Боль в ноге была невыносима.
Стоило дойти до места, стало понятно, что один момент мы упустили. А, собственно, как мне спускаться вниз? Я уж молчу о том, что как-то придётся подниматься вверх.
— Я пойду один, — сказал Макс, поправляя на плече сумку с бомбой.
— С ума сошёл?!
— Ангел, даже если я и смогу тебя спустить, то не успею поднять.
Убойный аргумент.
— Хорошо, — сдалась я. — Иди, но будь осторожен.
План был прост. Доставить бомбу к гробу, поставить таймер, завести его на две минуты и успеть выбраться до взрыва.
Рисков было очень много. Во-первых, бомба могла вообще не сработать, и тогда город обречён. Во-вторых, бомба может сработать, но уничтожит
не только грибницу, но и город. Последнее возможно, если только мы неправильно смастерили бомбу и заряд сильнее, чем мы рассчитываем. Ну и третий исход самый оптимальный. Бомба сработает, Макс успеет выбраться и будет уничтожена только грибница. А вообще есть ещё пара вариантов, но они в любом случае нежелательны. Так что третий вариант просто идеален.
План под номером два я даже озвучивать не стала. Он провален на все сто процентов.
Сев на песок, аккуратно вытянула ноги и оперлась на руки. Нет смысла рыпаться. Чему быть, того не миновать.
Минут через пять я почувствовала вибрацию под землёй. Взрыв? В таком случае, где Макс?
Стоило мне об этом подумать, как Макс выбрался наружу, а проход обвалился. Больше ничего не напоминало о том, что тут была дыра.
— Макс?
— Всё прошло нормально. Только не знаю, как сработало.
— В больнице узнаем. Колина и шаманов не видел?
— Нет. Как нога?
— Не очень. Поехали в больницу.
Как я и предполагала, главная грибница была именно там, где мы и устроили взрыв. Все грибницы погибли. Это стало ясно, когда из людей начали выходить корни в виде чёрной жидкости через кожу. Врачи были в шоке, но именно после этого они смогли, наконец, помочь пострадавшим.
Меня таки положили в больницу. Нога опухла, а рана покраснела. Тут я не стала спорить. Лишиться ноги очень не хотелось.
С шефом всё-таки пришлось поговорить. Он был очень зол и, заявив, что
вылетает через два часа, повесил трубку.
Копец. Полный. Если шеф решил прилететь, значит возьмёт дело в свои руки. С такой ногой от меня мало пользы. Собственно, мы с Максом почти всё сделали. Осталось найти пропавших шаманов и узнать, кто снял печать. Арана, друга шефа, увы, спасти уже нельзя.
Макс наотрез отказался уходить из больницы и постоянно находился в моей палате. Здесь стояло большое удобное кресло, и именно в нём Макс обосновался.
На следующий день, ближе к вечеру, в мою палату вошёл шеф со Стасом.