Подчеркну еще раз: Джуна сразу же, как только обнаружила свои уникальные способности, обратилась в медицинские учреждения за поддержкой, советом и помощью, прекрасно отдавая себе отчет, что лечить без элементарных знаний хотя бы анатомии и физиологии нельзя, что это несерьезно да и может привести к нежелательным последствиям. Важно ведь диагноз, поставленный чувствительными руками, проверить и подтвердить на современных медицинских приборах. Рядом и вместе с медиками она твердо знала, что сможет творить чудеса. Но пришлось бы ей тоже, как многим другим, обладающим даром сверхчувствительности, до дна испить горькую чашу неприятия, непризнания, даже прямых оскорблений, если бы не железная ее воля да удача, благосклонность судьбы.
В 1979 году первый раз Джуне «крупно повезло» — пригласили в Тбилисскую клиническую железнодорожную больницу для проверочных экспериментов. Однако кончилось «везение» печально. Хотя результат был назван «ошеломляюще впечатляющим», официальный отзыв о благоприятном воздействии на ход лечения больных радикулитом и остеохондрозом дать отказались, а через несколько дней указали на дверь.
Мало того, в одной из газет появилась статья, бросающая тень на ее репутацию. И если бы среди обращавшихся к ней страждущих не оказался заместитель министра здравоохранения Грузии и если бы он не был порядочным и разумным человеком, кто знает, как сложилась бы ее дальнейшая судьба. После выступления Ш. Ломидзе в «Комсомольской правде», где он написал: «Думается, что специалисты-медики, получившие серьезное вузовское образование, оказались бы только в выигрыше, если бы почерпнули что-то еще и у Давиташвили», гроза, собиравшаяся над ее головой, в какой-то степени разрядилась. Однако эксперименты в одной, другой, третьей столичной поликлинике после переезда в Москву заканчивались примерно так же, как в Тбилиси. Потрясающе, но непонятно, необъяснимо, значит, лучше не связываться, исследований не устраивать, официальных отзывов не писать…
И все же нашла в конце концов Джуна поддержку — совсем с другой стороны, откуда не ожидала: не у медиков, а все-таки у представителей точных наук. Математик академик Г. И. Марчук, бывший в те годы председателем Госкомитета по науке и технике, нашел время ознакомиться с результатами ее метода и поручил ученым разобраться с этим феноменом. Физик, тогдашний президент АН СССР академик А. П. Александров заявил в печати, что «таких людей, как Давиташвили, которые искренне стремятся помочь больному и помогают ученым понять природу их методов, причислять к мистификаторам нельзя. Повторяю: нужно работать, чтобы объяснить эти явления».
В сентябре 1980 года наконец-то начались эксперименты по изучению феномена Джуны в научных медицинских учреждениях: в начале в Центральном научно-исследовательском институте рефлексотерапии, а позже — в НИИ нормальной физиологии имени П. К. Анохина. Вначале в основу программы испытаний легло предположение о том, что бесконтактный массаж — так назвали метод, применяемый Джуной, — вызывает в организме пациента взаимодействие некоторых физиологических процессов резонансного характера. Для проверки надо было провести на телеметрическом устройстве полиграфическую регистрацию синхронной электроэнцефалограммы (электроизлучений мозга) Джуны (индуктора) и пациента (реципиента).
По каким-то причинам в то время задуманную программу осуществить не удалось. Обидно. Если вспомним то, о чем рассказано в главе «Тайный сигнал природы» — о резонансном эффекте воздействия миллиметровых электромагнитных полей на организм человека, тогдашнее предположение ученых-медиков могло оказаться очень близко к разгадке волнующей тайны. Они, как в детской игре «горячо — холодно», подошли к отметке «тепло». Впрочем, возможно, я и ошибаюсь, — что теперь гадать! Тем более что другой избранный путь — проведенная программа по определению и измерению реального тепла, излучаемого Джуной и больным, на которого она воздействовала, — оказался весьма полезным и для науки, и для медицинской практики.