Сообразуясь с острой ситуацией, министр здравоохранения СССР разрешил клиническую проверку экстракта катрэкс, вещества, не имеющего ни приемлемой лекарственной формы, ни установленного биохимического состава. Если бы удалось подтвердить, что приготовляемая вытяжка печени катрана действительно обладает большей активностью в сравнении с другими широко применяемыми при онкологических заболеваниях иммуностимулирующими, укрепляющими защитные силы препаратами, это оправдало бы любые экстренные меры. Необходимо было проверить, не способствует ли катрэкс снижению болей. Ведь речь шла о болезни, причиняющей нестерпимые страдания. Радикальные средства лечения очень нелегко переносятся и без того подорванным организмом. Любая возможность поддержать собственные защитные силы или хотя бы немного облегчить боли обязательно должна быть использована.
По протоколу, полностью соответствующему международным стандартам, во всех пунктах согласованному с автором и подписанному им, в восьми городах — Москве, Ленинграде, Тбилиси, Минске, Ростове-на-Дону, Киеве, Ташкенте, Томске — в ведущих онкологических научно-исследовательских учреждениях в течение трех месяцев проходила клиническая проверка. Больные, преимущественно четвертой клинической стадии, отбирались только с их абсолютно добровольного согласия. Четвертая стадия означает, что весь организм охвачен процессом, но в удовлетворительном общем состоянии. Еще одно обязательное условие: должно было пройти не менее двух месяцев после курса радикального лечения — лучевого или химиопрепаратами.
На последнее стоит обратить особое внимание. Далеко не все знают, что сразу после завершения курса химио- или лучевой терапии общее состояние человека резко ухудшается. Он идет в клинику на своих ногах, а выписывают его и отправляют домой иногда на носилках. Лечение подавляет опухолевые, но одновременно, к сожалению, поражает и здоровые клетки, и организму нужно время, оно строго индивидуально — как правило, от полутора до двух месяцев, чтобы восстановиться и почувствовать подлинный эффект лечения. Забегая вперед, замечу, что рекламируемые «поразительные» эффекты различных «целителей» от катрэкса в основном именно этим последействием и объяснялись.
Официальный срок испытаний длился три месяца. Ни у одного больного не было выявлено хоть какого-либо объективного, то есть подтвержденного рентгеновским обследованием и анализами эффекта. Более того, в подавляющем числе случаев отмечалось прогрессирование, иногда очень бурное, опухолевого процесса. Попутно возникали неожиданные кровотечения, усиливались боли. Что касается стимуляции защитных сил организма, то и здесь никакого прогресса не выявилось, а при некоторых распространенных формах опухолей происходило подавление иммунной реакции.
Более 30 заключений, полученных практически из всех регионов страны, идентичны. Таковы объективные научные основания вывода о полной непригодности, более того, вредности катрэкса в онкологической практике.
Споры в науке неизбежны. Без борьбы мнений нет и не может быть прогресса. Безусловно и то, что при решении вопроса о применении новых лекарственных средств — а их ищут и постоянно будут искать — нельзя потворствовать ни ведомственным, ни личным амбициям. Здесь критерием истины могут быть только объективные данные всесторонней экспертизы, проведенной компетентными специалистами. Использование же в качестве средства давления массовой, но вполне управляемой ее организаторами истерии может сыграть лишь обратную, подчас роковую роль.
Наверное, не стоило бы так много говорить о тягостной этой истории, к сожалению не первой и не единственной, если была бы гарантия, что она окажется последней. Увы! Позже появилось сообщение, что американские биохимики обнаружили в слюне пиявок белок, препятствующий распространению метастазов раковой опухоли у мышей. Так что же — кинемся отлавливать и варить пиявок? Будем рекламировать какой-нибудь очередной пиярэкс?
Путь от экспериментов на лабораторных животных до практической медицины, к сожалению, и долог, и труден. И не во всех случаях удается его сократить.
Помимо биологически активных веществ, извлекаемых из печени и других органов акулы, идут исследования самых различных объектов: морских губок, кораллов, ядовитых моллюсков, а в последнее время — и желчи питонов.