- Я знала, что он спал тут. Его кровать вся промокла, но… - От злости у Грейс перекосилось лицо. - Он воспользовался тем, что вы были пьяны?
Кристиана, поморщившись, отвернулась. Она знала, что лицо у нее горит. Не зная, что сказать, она подошла к тазу с водой, пробормотав:
- Он мой муж.
Грейс сердито хмыкнула и принялась снимать постельное белье.
- Кровь доказывает, что он не был вам мужем весь прошлый год. Я подозреваю, что он не навещал вас в спальне с первой брачной ночи, но думала, что в ту ночь по крайней мере он исполнил свой долг. Дьявол! - добавила она с отвращением. - И почему он не остался на том свете?
Кристиана прикусила губу, обмакнула чистую льняную тряпицу в ароматной воде и принялась протирать тело. Она много раз задавала себе тот же вопрос прошлой ночью. Ну по крайней мере до тех пор, пока Ричард ее не поцеловал. Она подозревала, что, если бы ее супругу пришло в голову вернуться на тот свет во время столь приятных ее душе и телу занятий, она бы выразила свой протест во весь голос. Однако сейчас она была отчасти согласна с Грейс. Останься он там, откуда пришел, и все бы значительно упростилось.
- И только посмотрите, что он сделал с вами! - в ужасе воскликнула Грейс, бросив простыни и поспешив к ней.
Кристиана растерянно огляделась, не понимая, что так встревожило горничную, но тут у нее самой брови поползли вверх, когда она обнаружила на своем теле несколько темно-красных отметин и даже пару царапин. Девушка не помнила, при каких обстоятельствах они появились, и, разумеется, в тот момент никакой боли не чувствовала. Если весь прошлый год Ричард был холоден и жесток с ней, то в эту ночь - она была в этом абсолютно уверена - он не пытался нарочно причинить ей боль. Скорее всего они временами ласкали друг друга чересчур бурно. Кстати, она помнила, что не один раз царапала ему спину.
- Пустяки. - Кристиана отвернулась, продолжая протирать тело. - Мне совсем не больно.
Грейс молчала, но Кристиана чувствовала, что та едва сдерживается, чтобы не высказать все, что она думает, в самых прямых выражениях. Однако, к громадному облегчению Кристианы, тирады не последовало. Грейс с яростью срывала простыни с кровати. Скорее всего она представляла, как сдирает кожу с Ричарда. До того как стать служанкой Кристианы, Грейс много лет работала горничной у ее матери. Кристиана выросла у Грейс на глазах, и обе они привязались друг к другу. Но характер у Грейс был еще тот.
Обе не проронили ни слова, пока горничная помогала своей хозяйке одеваться. Растерянная и смущенная, Кристиана не знала, как преодолеть неловкость, и, едва туалет был закончен, с радостью воспользовалась возможностью улизнуть из спальни. Однако тот разговор, что предстоял ей с Лэнгли, не способствовал улучшению настроения, и потому она спускалась как можно медленнее. Но как бы она ни волочила ноги, рано или поздно все равно оказалась в гостиной, где Роберт в ожидании ее нервно расхаживал по комнате. В тот момент, когда она вошла, он остановился, и первым его вопросом после приветствия был:
- Ну и что, получилось?
Кристиана почувствовала, как опустились уголки ее губ. Она отвернулась, чтобы закрыть за собой дверь. Конечно, замужней женщине неприлично оставаться наедине с мужчиной, который не был ее родственником, да еще при закрытых дверях. Но тот разговор, что им предстоял, разумнее было бы вести как раз без свидетелей. Отойдя от двери, она села на стул, держа спину очень прямо. С чего же начать?
- Ну? - повторил Лэнгли, присев на край кушетки. - У него есть родинка?
Кристиана почувствовала неловкость и опустила голову. После того что произошло этой ночью, ей следовало бы знать точный ответ на этот вопрос, но страсть настолько захватила ее, что она меньше всего думала о том, что должна что-то там разглядеть у него на заду. Вдавливать пятки в его ягодицы или сжимать их руками, побуждая его крепче вонзаться в нее, - это да, но смотреть на них? Просто этот пункт как-то выпал из числа наиболее приоритетных, когда он целовал ее, ласкал и гладил, зарывался лицом между ее ногами и доводил до исступления, до самого краешка, а потом входил в нее, доставляя ранее неведомое ей наслаждение, причем повторял это снова и снова…
- Кристиана? Ты в порядке? - озабоченно поинтересовался Лэнгли. - Ты вдруг так покраснела!
Вырванная из мира трепетных воспоминаний, Кристиана несколько раз моргнула, словно не сразу осознала, где находится, после чего, помахав рукой перед лицом, словно веером, спросила:
- Тебе не кажется, что тут очень жарко?
- Э… Я так не думаю. Здесь довольно прохладно, - заверил ее Лэнгли и, уже понемногу теряя терпение, спросил: - Тебе представилась возможность проверить, есть ли у него родинка?