Об одном из них я скажу несколько слов. Звали его Иван Львов, был он сибирским дворянином-приказчиком Анадырского острога. Прошу учесть, что слово «приказчик» означало в то время не торговец, а администратор (очевидно, от слова «приказывать»). Судя по всему, он пользовался у казаков авторитетом. Во всяком случае, казацкий бунт стоил жизни его коллегам, сам же он, находясь в центре возмущения, остался невредимым. Известно также, что Иван Львов интересовался географией края, куда его забросила судьба, и все, что узнавал из «скасок» первопроходцев, наносил на бумагу.
Итогом его трудов и была карта, на которой изображены оба берега Берингова пролива. Конфигурация Чукотского полуострова в общем-то сравнима с данными современных карт. Чисто условно в проливе обозначены острова Диомид, а восточнее их некий полуостров — слегка изогнутый и вытянутый с севера на юг.
Рис. 6. Карта сибирского дворянина И. Львова. Внизу показан Север, справа — Азия, слева — Америка. Дана характеристика животного мира, растительности, населения. Карта эта получила такую известность, что землю, изображенную на ней к востоку от Чукотского Носа, одно время даже называли «Землей сибирского дворянина», или «Землей Львова».
Я уже упоминал об этой таинственной земле, когда говорил о карте, направленной Петром I в Париж. Однако на карте Львова она обозначена более детально. В частности, на ней обозначены горы, а в легенде к карте даются сведения о населении, растительном и животном мире, позволяющие предполагать, что эта земля — полуостров Аляска, несколько смещенный к северу и развернутый в меридиональном направлении.
Весьма вероятно, что данное творение Ивана Львова было известно капитану Павлуцкому и его подчиненным. Во всяком случае, сам Львов и его карта были настолько популярны у сибиряков, что землю, расположенную к востоку от Чукотского полуострова, называли «Земля сибирского дворянина», или «Земля Львова».
Невольно напрашивается аналогия. Америго Виспуччи доказал, что Христофор Колумб открыл не Индию, а новый континент. Со временем он получил название сначала «Земля Америго Виспуччи», а затем просто «Америка».
А теперь вернемся к отчетам Михаила Гвоздева. Прежде всего следует отметить, что они расходятся с тем, что поведал о плавании «Гавриила» один из рядовых его участников — казак Илья Скурихин. В его «скаске» имеются такие детали: следуя на восток от Анадыря, «Гавриил» достиг Большой земли. На лесистом берегу россияне увидели жилые постройки и стада оленей.
Крейсируя вдоль побережья к северу и югу, конца земли обнаружить им не удалось. При этом отмечался весьма показательный эпизод. Один из аборигенов подплыл на байдаре к «Гавриилу» и начал расспрашивать россиян (на борту корабля был переводчик), куда, с какой целью они следуют и много ли их. Реакция Федорова на эту «дипломатическую» миссию аборигенов была совершенно непонятной. Он приказал членам команды спрятаться в трюме, а туземцу объявил, что его подчиненные умерли от голода. Что же касается немногих уцелевших, то они заблудились в океане и теперь ищут дорогу на Камчатку. Туземец обещал снабдить россиян продовольствием, если они высадятся на берег, а когда Федоров одарил его иглами, отдарился мехами. Далее «Гавриил» пошел на Камчатку.
А теперь попробуем проанализировать все вышеизложенное и сделать кое-какие выводы.
Итак, в 1732 г. бот «Гавриил» достиг сначала Чукотки, а затем, следуя на восток, некоей обширной земли. Обилие на ней леса позволяет предполагать, что это была северо-западная часть Американского континента. Туземец на байдаре благополучно плавал от берега к боту. Мало того, некоторое время «Гавриил» стоял у открытой земли на якоре, что заставляет усомниться в достоверности ссылок на «дурную погоду», якобы мешавшую высадке. Не мешали оной и обитатели открытой земли. Наоборот, они демонстрировали свое миролюбие и доброжелательность.
Полагаю, что все эти неувязки можно объяснить следующим образом. Подштурман (унтер-офицер) Иван Федоров сознавал, что его знания и опыт не соответствуют возложенным на него задачам. К тому же он болел цингой, и у него были ранены ноги. А помощник его, Михаил Гвоздев, был геодезистом и мало что смыслил в судовождении. Таким образом, экспедиция на «Гаврииле» была в достаточной степени авантюрной, и Федоров сознавал это. Сначала он пытался протестовать, отказываясь принимать командование. Известно, в частности, что на борт «Гавриила» его затащили на носилках, помимо его воли. Затем, по здравому размышлению, он решил соблюдать устав (приказ командира — закон для подчиненного), но выше своих скромных сил не прыгать.