Небольшая Мальянская табличка, которая хранится в настоящее время во флорентийском музее, с обеих сторон исписана этрусскими буквами. Толкование текста вызывало и продолжает вызывать немалые трудности. Декке так перевел его содержание (мы приводим лишь начало надписи):
CAUTHAS . TUTHIU . AVILS . LXXX . EZ.
(Богу) Кауто на целый год 180
СНІМTНМ . CASTHIALTH LACTH . HEVN .
жертв молока овец
В попытках перевести этрусский текст Декке в значительной степени прибегнул к латыни. Он связал этрусское слово tuthiu с латинским totus — «целый», в слове chimthm увидел латинское centum — «сто», lacth отождествил с латинским lac — «молоко». Так он довольно легко перевел надпись на Мальянской табличке, не сталкиваясь со слишком сложными проблемами. Это дало ему основание писать в заключении статьи о работе над табличкой:
«Таким образом, впервые удалось расшифровать в общих чертах более или менее пространную этрусскую надпись. Я уверен, что после этих кратких выводов не останется больше сомнений в том, что язык этрусков, несмотря на многочисленные тесные связи с греческим, все же относится к романской группе индоевропейских языков».
Вскоре, однако, нашелся исследователь, которому подобное смысловое отождествление созвучных латинских и этрусских слов подсказало мысль создать в буквальном смысле слова пародию на метод Декке. Этим ученым был не кто иной, как Карл Паули. Когда-то он приветствовал успех Декке, но даже своему другу не смог простить его заблуждения. Он высмеял их, применив тот же метод, что и Декке. Паули подобрал греческие и латинские выражения, созвучные этрусским словам, имеющимся на Мальянской табличке. Сделать это было совсем не трудно, но результаты, полученные Паули, совершенно не походили на перевод Декке: «Сожжен восьмидесятилетний Титикус и его пепел похоронен на священном месте». Столь же вольно, как и Декке, Паули отождествил этрусское cauthas с греческим kaio — «жгу», ez с латинским глаголом est — «есть», lacth с латинским существительным locus — «место» и т. д. В заключение можно сказать, что до сих пор о надписи на Мальянской табличке достоверно известно лишь одно — что этот текст сакрального характера, о чем свидетельствуют имена богов — Каута, Марис, Тин, встречающиеся среди множества других непонятных слов.
Между Декке и Паули произошли новые резкие столкновения, яростная полемика между ними усилилась. Автор некролога о Карле Паули, известный этруеколог Г. Гербиг, упоминает о годах вражды между Декке и Паули как о безотрадной поре в истории этрускологии, и без того не слишком счастливой.
По существу прав был Паули, но в полемическом задоре он заходил слишком далеко. Выступая против Декке, он подверг критике и работы его ученика и сподвижника С. Бугге. Так, Паули через ученика нападал на учителя. Бугге, сторонник этимологического метода, прочел одну из этрусских надписей с помощью итальянского языка. Паули продемонстрировал шаткость и бездоказательность его толкования, расшифровав эту же надпись с помощью литовского языка, хотя, как и в случае с Мальянской табличкой, вовсе не считал свой перевод верным. Он хотел лишь показать, что, придерживаясь пути, по которому идет Бугге, и обладая богатой фантазией, он может прочитать в этрусских надписях именно то, что хочет и что отвечает его заранее придуманной схеме.
Паули не только критиковал. Он изучал методы исследования этрусского языка и в 1885 году высказался по этому вопросу в небольшой статье «Правильный и нелегкий метод расшифровки этрусских надписей». В то время как Вильгельм Декке уже полностью подпал под власть этимологического метода и заявил, что язык этрусков относится к индоевропейским, Карл Паули твердо встал на защиту метода комбинаторного и призвал к терпению, которое не признает поспешных выводов, однако помогает медленно, но верно двигаться к цели.
Это покажется неправдоподобным, но Карл Паули сам не избежал тенет этимологического метода. Он, например, совершенно серьезно отождествлял латинское название этрусков Tu(r)sci и греческое Tyrsenoi с предполагаемым названием обитателей древней Трои — Troses — троянцы. Отталкиваясь от этого предположения, он пытался разыскать прародину этрусков там, где находилась Троя. Таким образом, даже Паули оказался недостаточно стойким, по мнению известного этрусколога Г. Гербига, который назвал его утверждения необоснованными и сомнительными.
К счастью, последние годы своей жизни Паули посвятил изданию этрусских текстов и отказался от попыток расшифровать их с помощью этимологического метода. Он решил осуществить свой замысел — издать собрание сохранившихся этрусских надписей,— ради которого не жалел ни труда, ни времени, и благодаря этому занял почетное место в истории этрускологии. Эта нелегкая работа была не по плечу одному человеку. Карл Паули нашел восторженных помощников не только в своей семье, но и среди ученых, которые продолжили его труд. Первый том собраний этрусских надписей вышел спустя год после смерти Паули и стал нетленным памятником его научного подвига.