Стремясь определить отдельные этапы его развития, исследователи обычно сравнивают произведения этрусков с памятниками других народов, особенно греков, выявляя степень их влияния. Мы приведем одну из периодизаций, в которой сделана попытка установить наиболее общие тенденции в развитии этрусского искусства.
Его началом считается VIII век до н. э. В памятниках того времени чувствуется влияние ранних италийских и средиземноморских культур железного века. Простой геометрический орнамент встречается не только на древнейшей греческой керамике, но также на изделиях мастеров Италии. Мы видим его и на произведениях, приписываемых этрускам.
Второй период — ориенталистский — продолжался с VII до начала VI века до н. э. Он характеризуется появлением восточных элементов. В этом сказались связи этрусков с Востоком. Некоторые изделия свидетельствуют об особенно тесных контактах с Египтом и Финикией. Посредником между Этрурией и Востоком был Кипр, занимавший в тогдашнем Средиземноморье важное положение. О сильном восточном влиянии на этрусское искусство говорят увлечение изображением демонических существ, обработка металлических предметов и изделий из слоновой кости, а также архитектура склепов.
В третьем периоде, охватывавшем примерно VI и первую половину V века до н. э., в этрусском искусстве чувствовалось влияние греческих культурных центров в Ионии, Малой Азии и Аттике. Греческие художественные изделия, особенно вазы, явились образцами, которым следовали этрусские художники. Часто они учились у греческих мастеров, переселившихся в Этрурию. Вначале этруски просто копировали тематику и технику греков, но постепенно сами стали выдающимися мастерами.
Все эти фазы — от древнейшей до аттической — иногда называют архаическим периодом в развитии этрусского искусства. Его конец относится ко второй половине V века до н. э., когда наступил закат этрусского могущества. В искусстве этого времени тоже происходил определенный упадок: старые формы отступали, а новые, равные им, не появлялись.
Новые веяния принес IV век до н. э.: этрусское искусство возродилось благодаря воздействию классических греческих образцов. В III и II веках до н. э. на него оказывало влияние интенсивно развивавшееся искусство в греческих государствах. Однако эллинистические образцы, нередко рассчитанные на внешний эффект, уже не воздействовали на этрусков так сильно, как произведения ионической и аттической эпох. Эллинистические скульптуры и другие художественные произведения были не совсем понятны этрускам, хотя и служили им образцами. Когда же не стало экономического и политического могущества этрусков и сами они начали все больше распыляться среди непрестанно увеличивавшихся групп римских переселенцев, наступила заключительная фаза этрусского искусства и его окончательный закат.
Однако этрусское искусство нельзя понять исходя лишь из чужеземного влияния, ибо, как мы уже говорили, для него характерны совершенно самобытные черты, а значение этрусских произведений искусства обусловлено их техническим совершенством и особой ролью, которую они играли в жизни этрусков. Именно с этой точки зрения надо оценивать творения этрусских мастеров. Практический ум этрусков проявлялся во всем. Они создавали произведения искусства, не только обладавшие художественной ценностью, но и полезные. Это относится к предметам домашнего обихода, к украшениям, а также к чисто художественным творениям, например, к фрескам и статуям.
Творческий дух этрусков проявился и в таком прикладном виде искусства, как архитектура. Для строительства городов и уникальных зданий, особенно храмов, естественно, нужны были опытные архитекторы и инженеры. Сохранившиеся укрепления в некоторых этрусских городах свидетельствуют о том, что этруски умели решать довольно сложные технические задачи. Для творчества этрусских зодчих наиболее типичны склепы. Они привлекают внимание прежде всего своим внешним видом. Многие из них поражают размерами, например гробницы из обширных некрополей в окрестностях Цере и других городов. Известный римский энциклопедист Плиний Старший, живший в I веке н. э., привел в. своем труде описание могилы клузийского владыки Порсены, сделанное в веке до н. э. римлянином Варроном:
«Порсена похоронен недалеко от Клузия, где оставил четырехгранный памятник из каменных плит; длина его сторон составляет 300 стоп (88,8 метра), высота 50 стоп (14,8 метра). В этом квадратном постаменте расположен непроходимый лабиринт; если кто-нибудь в него войдет без клубка шерсти, то не сможет найти выход. На этом четырехгранном основании стоит пять пирамид, четыре в углу и одна в центре. У основания они шириной 75 стоп (22,2 метра), а высотой 150 стоп (44,4 метра). Они сужаются в высоту так, что сверху покрыты металлическим кругом, с которого свисают колокола на цепях. Их раскачивает ветер, и их звук слышен вдали, так же как это было в Додоне. На этом круге стоят четыре пирамиды, каждая высотой 100 стоп (29,6 метра). Над ними на общем основании стоят пять пирамид, высоту которых Варрон не сумел привести; этрусские предания, однако, утверждают, что они были так же высоки, как вся постройка до них».